Семетей, Сын Манаса

– Сам посуди! Кроме нее, видишь еще кого-нибудь из женщин среди мужиков?

– Нет, не видно, – ответил Букарлык, но продолжил: – Она особая. Она дочь Атемира.

– В том-то и дело! – не унимался сосед. – Она позорит своего отца. Что ей не хватает?! Надо ему сказать, пусть остановит свою дочь. Из-за нее всем букарцам стыдно перед гостями.

– Давай отправим Колой торе Атемиру, – предложил букарцам Букарлык. – Пусть он свою дочь призовет к порядку, а то нам очень стыдно перед гостями. Получается, что у нас нет достойных мужей, держащих скакунов.

– И еще, они могут нас пристыдить, что мы не хотим отдать награды гостям.

Все букарцы зашумели от возмущения. По требованию народа опять Колой торе пришел во дворец старого хана, чтобы сказать ему о недостойном поведении дочери. Атемир разговаривал со своим сыном Исмаилом о распорядке проведения праздника. В разговоре Колой торе с Атемиром принимал участие и Исмаил хан. При нем Колой объяснил старцу, что его дочь Каныкей, нарушая все приличия, привела своего скакуна для участия в праздничных скачках.

Он прямо спросил Атемира, что ей не хватает в жизни, а то букарцы могут сброситься на то, чтобы она жила в достатке и в благополучии. Кроме того, всем букарцам стыдно, что она ищет себе мужа. Атемиру было очень стыдно за дочь перед букарцами. Исмаил хану было очень стыдно за отца перед Тенгри, оттого что народ обвинил Атемира в недостойном поведении дочери. Но Исмаил ничего не говорил за отца и не перебивал Колой торе. Но он размышлял, что же предпринять в этой передряге. Атемир попросил Колой торе, чтобы тот передал Каныкей просьбу отца прибыть во дворец. Исмаил собрался проводить Колой торе и вышел вместе с ним из дворца…

– Пожалей меня, доченька! – Атемир с жалобным видом протянул руки к Каныкей, как только она показалась в воротах дворца.

– Что случилось, отец мой? – не поняла Каныкей.

– Прекрати позорить отца целого народа, доченька, – Атемир прослезился оттого, что не сможет сказать дочери худого слова.

 – Нашему народу стыдно за тебя.

– Твоему народу нечего стыдиться за меня, отец, – отпарировала Каныкей. – У меня другой народ. Скажи, почему ему стыдно за меня.

– Собираешься пустить скакуна на скачки, – Атемир несколько успокоился. – Хочешь выиграть награду, будто у тебя нехватка в жизни, будто моему народу трудно содержать вдову.

– Пусть твоему народу… – начала Каныкей.

Но ее перебил Атемир.