Семетей, Сын Манаса. Книга 2

Кобеш готов был заключить его в зиндан, как преступника, чтобы самому спалось спокойно и сладостно, если бы Бакая поддержали другие ханства…

Бакай от раздумий не заметил, как они быстро доехали до юрты Каныкей. Жамгырчы и Сарыкан тоже были сильно огорчены поведением ханшайым. По виду старцев Каныкей поняла, что им не удалось переговорить с Чачыкей.

– Как съездили, Бакай ава? – своим вопросом Каныкей попыталась отвлечь Бакая от тяжелой думы.

Ответа Бакая с большим вниманием ждали все женщины, бывшие у Чачыкей, во главе с Корпаян.

– Я жалею, Каныкей, – Бакай прослезился, – что не погиб, когда ездил один от Алтая до Самаркана, готовя оружие для аскеров Манаса.

– Слава Тенгри, – воскликнула Каныкей, – что вы живы и здоровы!

– Я жалею, Каныкей, – со слезами продолжил Бакай, – что не погиб, когда мы переехали из Алтая в благодатные земли Ала-Тоо, сражаясь с врагами за каждую пядь нашей земли.

– Что с вами, Бакай ава? – Каныкей забеспокоилась.

Прежде чем ответить Каныкей, Бакай стал вытирать платком лицо. Через некоторое время он заговорил дальше.

– Я жалею, Каныкей, – продолжил Бакай, – что не погиб, когда напал на нас Шоорук хан. Что не погиб, когда Манас затеял великую войну против сазаншонов в землях Чет-Бейджина.

– Слава Тенгри, что не погибли! – возразила Каныкей, чувствуя бурю в душе Бакая. – Тенгир вас оберегает для нашего народа. Вы еще послужите своему народу.

– Да, да, Каныкей, Тенгир меня оберегал и для того, чтобы Чачыкей меня назвала примазавшимся к семейству Манаса ничтожным скотником.

Приятное материнское лицо Каныкей мигом изменилось от горестных слов Бакая. Оно приняло грозное выражение, будто Каныкей приготовилась сражаться не на жизнь, а на смерть с каждым, кто обидит почетного аксакала. Она была готова на любые жертвы ради душевного спокойствия Бакая.

– Кюлчоро!!! Канчоро!!!

Каныкей разозлилась не на шутку, поняв состояние Бакая, и обратилась к чоро-братьям Семетея.

Оба чоро опустились на колено перед матерью Каныкей.

– Эту гадюку необходимо проучить как следует, – велела Каныкей. – Манас стал Манасом, имея рядом такого человека, как Бакай ава, с благородным умом. Мы с Семетеем не смогли бы выжить без Бакай авы. Кто оскорбляет Бакай аву, тот главный враг семейства Манаса и всего народа кыргызов. Вы оба мои дети, такие же дети, как и Семетей.