Разбирая завалы лжи. О некоторых легендах и мифах советского периода

Однако возможно ли это сделать с помощью легенд и мифов советского времени, или же это будет, как говорят юристы, «попытка негодными средствами»?

Не знаю, существуют ли хоть в какой-нибудь стране мира достоверные исследования психологов и социологов о том, как, почему, благодаря чему человек становится потенциально способным к самопожертвованию, совершению подвига. Если да, то, скорее всего, они засекречены, дабы этими данными не воспользовались враги. Поэтому и приходится только размышлять да предполагать.

Автор будет рад, если к этим размышлениям присоединится и вдумчивый читатель.

Можно предположить, как минимум, что человеком, способным совершить героический поступок, движут явно не материальные стимулы – желание получить награду, каких-либо материальные блага… Ведь воспользоваться ими могут только живые, причём достаточно здоровые люди. Инвалиду, прикованному к постели, потерявшему руки-ноги или зрение, никакие блага не компенсируют того, чего он лишился.

В системе ценностей каждого нормального человека желание жить, как его ни называй, инстинктом самосохранения, или как-либо иначе, стоит на высоком месте.

Выше могут быть только нравственные идеалы – долг, честь, жалость, сочувствие, сострадание, стыд… Конечно, немалую роль играют и примеры: гораздо приятнее оказаться в компании смелых, порядочных, хороших людей, нежели трусов, подлецов и предателей.

К сожалению, истории о героях, которые могут служить примером, образцом для подражания, со временем перестают интересовать всех, кроме, разве что, профессиональных историков, а потом и вообще забываются обществом.

Примером тому – те же самые античные герои, о подвигах большинства которых сегодня никто не помнит, и фильмов не снимает, например, Эрихтей, Кефал, Полидевк, Кастор…

Да что подвиги античных времён – уже забылись, например, совершённые сто с гаком лет назад подвиги легендарного героя Первой мировой войны донского казака Козьмы Крючкова, ставшего первым георгиевским кавалером русской армии.

О том, как лихо он порубал шашкой окруживших его одиннадцать немцев, писала практически вся пресса Российской империи. После чего немцы и австрийцы даже перестали брать в плен казаков, а начали убивать их на месте.

А спроси сегодня молодых людей, кто такой Козьма Крючков, и что такого он совершил – ведь не ответят же, наверняка не ответят, девяносто девять из ста, а то и девятьсот девяносто девять из тысячи.