Разбирая завалы лжи. О некоторых легендах и мифах советского периода

Судя по тому, рассказывается в книге, большевики из рабочих не смогли, или, скорее даже, не захотели понять отличие Государственной думы от профессионального союза, и использовали потенциал её трибуны не для принятия законов, которые могли бы улучшить жизнь рабочих, и страны в целом, а для фрондирования, взбивания пены и раскачивание государственной лодки. Депутаты других фракций постоянно смеялись над их безграмотностью, возмущались тем, что они говорили не по делу и долго, мешали конструктивной работе Думы.

В конце концов, чтобы ограничить по времени их выступления, думцами были приняли меры:

«…Черносотенцы ограничили для нас самую возможность пользоваться думской трибуной… Они выработали новый наказ, по которому время для выступления по запросам ограничивалось всего десятью минутами… Авторы наказа заявляли, что он направлен против тех запросов, которые, мол, вносятся без всякой надежды на то, что их примет Дума. Именно такой характер и имели все наши запросы, которые вносились большевистской фракцией исключительно в целях революционной агитации с думской трибуны.

Новый наказ пытался как можно больше урезать нас в этой возможности».

О как: депутатам Думы – членам других фракций («черносотенцам») надоело слушать длинные речи членов большевистской фракции, которые, по признанию самого Бадаева, вносили запросы «исключительно в целях революционной агитации». И они предложили установить максимум для пустой болтовни – десять минут. Не казнить, не посадить, не сослать, не вырвать языки, не выпороть и даже не дать коленом под зад, а просто установить предел в 10 минут для болтовни не по делу.

О ужас, ну просто кошмар! По мнению большевиков, им тем самым «ограничили возможность пользоваться думской трибуной».

Наверняка стоявшие за рабочими-депутатами вожди большевиков, по крайней мере, те из них, которые имели хоть какое-то образование, понимали, что фракция в Думе не работает, в том смысле, в каком она обязана была работать, ради чего рабочие отдавали свои голоса за депутатов, надеясь, что те будут защищать их права.

Вместо этого фракция разжигала страсти, использовала любую зацепку для провоцирования митингов и стачек, что вызывало недовольство других фракций Думы, мешало работе депутатов и Государственной думы в целом.

Единственной социальной инициативой, которую большевики проявили в Думе за два года, с 1912-го по 1914-й, было предложение ввести в Российской империи восьмичасовой рабочий день.