Разбирая завалы лжи. О некоторых легендах и мифах советского периода

Лион Фейхтвангер, «Сыновья»

Российские власти сочли игры радикалов опасными в период ведения военных действий, тем более что забастовки рабочих парализовывали работу оборонных предприятий, и решили пресечь эту вредную для страны деятельность:

«Росчерком пера закрывались ещё уцелевшие рабочие организации, тюрьмы ещё больше уплотнялись новым населением. В Сибирь шли толпы ссыльных. Партийные организации потерпели жестокий урон, потеряв ряд лучших своих работников».

Фракция большевиков, которую Бадаев называл «основным и главным центром партии в России», стала объектом пристального внимания полиции, и 5 ноября 1914 года все члены фракции были арестованы.

Им предъявили обвинение в «…Преступном сообществе, которое, подчинив свою деятельность руководству и контролю Центрального комитета Российской социал-демократической рабочей партии, поставило целью насильственное ниспровержение посредством вооруженного народного восстания установленного в России основными государственными законами образа правления и замену его иным, на началах демократической республики».

Суд приговорил всех пятерых депутатов IV Государственной Думы – членов Российской социал-демократической рабочей фракции к лишению прав состояния и ссылке на поселение. По этапу их отправили в Туруханский край, где чуть ли не в полном составе отбывали подобное наказание члены Русского бюро большевистского Центрального Комитета: Сталин, Свердлов, Спандарьян и другие.

IV Государственная Дума продолжила свою работу без большевиков. За право считаться в ней «истинными представителями интересов рабочего класса» теперь боролись друг с другом меньшевики и «трудовики», председателем фракции которых с 1915 года стал А. Ф. Керенский, —тот самый, который впоследствии стал министром Временного правительства, а потом возглавил его.

История о деятельности большевиков в Думе будет неполной без рассказа о шестом, точнее, первом члене их компании, – председателе «Российской социал-демократической рабочей фракции» Р.

В. Малиновском.

«Уход Малиновского из Думы был для нас полной неожиданностью», – вспоминал Бадаев, – …Только после революции 1917 г. в полной мере раскрылись истинные причины поведения Малиновского. Архивы департамента полиции, ставшие достоянием гласности, среди прочих провокаторов раскрыли и Малиновского.