Тайный фронт. Операция «Большая птица»

Вернулся:

– Ты чего не ложишься?

– Не хочу спать.

– Не нарушай главную заповедь спецназа!

– Какую?

– Если есть возможность поесть и поспать – надо поесть и поспать!

– А если не хочется? – улыбнулся Михаил.

Но Угрюмый был серьезен:

– Вечером выходим. Налегке. Неизвестно, как далеко пройдем, неизвестно сколько времени будем в автономке. Неизвестно, когда ты сможешь сытно поесть и сладко поспать!

Михаил кивнул, послушно залез в спальник и вскоре уснул.

Темнело. С полупустыми рюкзаками хорошо вооруженные разведчики, следуя на некотором расстоянии друг от друга, подошли к поселку Зарощинское.

Село встретило тишиной и темнотой. В плодовых деревьях шумел ветер. Лениво лаяла собака. Угрюмый осмотрел крайний дом.

– Людей нет, – прошептал снайпер, – расположимся здесь. До «укропских» позиций километра три-четыре. День наблюдаем, а ночью подойдем ближе и оборудуем лежку.

– Добро, – Михаил кивнул.

Разведчики проникли в дом, забрались на чердак и расположились возле окна. Оно выходило на позиции ВСУ.

Рассвело. Снайпер достал сетку и нарезанную тонкими полосками камуфлированную ткань. Начал навязывать полоски на сетку.

– Зачем это? – спросил Михаил.

– Делаю маскировочную накидку для тебя, – Угрюмый говорил, а руки быстро работали, – у меня уже есть. В голой степи без накидки сильно заметен будешь. Не отвлекайся… возьми бинокль и сядь глубже в темноту.

Михаил послушно отодвинулся от окна. Поднёс бинокль к глазам. Ветер гнал легкую пыль. Позиции ВСУ хорошо просматривались.

В мощный бинокль кроме тяжелой техники, «Градов»[8 - «Град» – реактивная система залпового огня (РСЗО) калибра 122 мм.] и дальнобойных орудий, были видны двигающиеся люди. Михаил смотрел, размышляя. До Мариуполя сто восемьдесят километров. По словам генерала Черкасова, оттуда три дня назад вышла колонна из четырех тягачей. Возможно, к этим позициям. На тягачах самоходные огневые установки, РЛС и установка управления огнем. Если это так, то в ближайшие дни они прибудут сюда. Михаил потер уставшие глаза.

– Поспи, – буркнул Угрюмый.

– А ты?

– Я привычный, – снайпер говорил, не отрываясь от работы, – поспи несколько часов. Потом я. Здесь вроде тихо. Я никого пока не чую.

– Ты, прям, как сторожевой пес, – пошутил Михаил.

Угрюмый минуту помолчал, потом тихо произнес:

– На войне иначе не выжить. Приходится немного звереть. Хотя…

Михаил ждал, ждал, когда снайпер закончит мысль, и уснул.

От легкого толчка Гасконец проснулся.