Я планировал взорвать мавзолей

Иностранцы такие же люди как и мы: такая же голова, туловище, руки, ноги. Отличаемся мы только тем, что мозговые извилины у нас закручены в противоположном направлении…

В столовой рядом с нами питались молодые сторонники коммунистической идеи из Греции. (Что-то вроде наших комсомольцев.) Наблюдательные парни и девушки из нашей группы обратили внимание, что их кормят значительно лучше. Все пришли к логическому выводу: они, граждане так ненавистной им капиталистической системы свое пребывание валютой оплачивают, а мы, жители "социалистического лагеря", – "деревянными" рублями.

На ступеньках ресторана, среди группы туристов, молодой чех, используя общепонятные слова, мимику и жесты, возмущенно объяснял, как жестоко советские войска летом 1968 года раздавили их жажду правды и свободы. Больно стало, что и я являюсь молчаливым соучастником преступлений нашей власти.

Повели нас посетить мавзолей ихнего "Ленина", – Георгия Димитрова. Чем ближе я подходил к усыпальнице, тем хуже стал себя чувствовать.

При входе, и в каждом закоулке стояли "гайдуки" – молодые охранники в национальной одежде: белые приталенные штаны, белая с красным куртка и высокая баранья папаха. Пахло затхлостью, каким-то дезинфицирующим раствором.

Когда же стал спускаться по лестнице к саркофагу, стало совсем плохо. Такое впечатление, будто из меня выкачали всю энергию, силу. Чувствую: вот-вот потеряю сознание. Это же какой конфуз будет мне и скандал нашей группе! Чтобы избежать худшего, устремил взгляд на затылок предыдущего человека, и стал искренне молиться: "Господи, помоги, дай силы выйти на чистый воздух".

Едва поднялся по лестнице из могилы вверх. Медленно кое-как оклемался. Вот так я был в склепе, а идола так и не видел.

Две ночи плохо спалось, только задремлю – снится дед (по отцовской родословной). Появилось предчувствие беды.

Следует заметить, что в социалистической стране, наши развлечения в свободное от экскурсий время руководители группы не очень-то контролировали, поэтому все отдыхали как хотели и могли.

Я уже говорил, что болгары красивые. Тут еще и оказалось, что они очень галантные ухажеры. В последний день, наивные девушки, которые забыв предостережение, имели неосторожность влюбиться, горько плакали в объятиях любимых – понимали, что прощаются навсегда.

Валюту я все-таки купил. И оказалось, что тех 2 долларов и 20 немецких марок на радиоприемник мало. Докупить же валюты не мог – уже не было денег.