Вандал (сборник)

Или сгореть в пламени пожарища, если конкуренты решат поджечь «Золотой Бык». В общем, хрен редьки не слаще… Четыреста тридцать восьмой год – что поделать?

Между тем вражеские корабли сошлись, сдавили корпус судна Тибальда, один – третий – ударил тараном. А позади поспешали еще шесть галей.

На этот раз военное счастье изменило Тибальду. Теперь он уже не атаковал – защищался, а враги наседали, врываясь на обреченную галею со всех сторон. На носу уже кипела схватка, звенели мечи, раненые и убитые падали в воду, поднимая пенные брызги.

Несколько вражеских воинов в коротких туниках перепрыгнули на постис – брус, к которому крепились уключины, им навстречу полетели стрелы, трое со стоном упали в воду, но их сотоварищи все прибывали, прибывали…

Навстречу им – сюда же, к постису, к банкам гребцов и сложенным веслам, вылетел, кипя злобой и ненавистью здоровяк Видибальд – косматый детина с огромной двойной секирой в руках. На первый взгляд – не очень-то удобная штука, того и смотри, чтоб не зацепить самого себе, однако в умелых руках – оружие страшной силы.

Что и демонстрировал сейчас Видибальд, с воем круша врагов направо и налево:

– У-у-у-у!!! Хэк! Хэк! Да проклянет вас Донар и Святая Дева!

Поначалу все происходившее казалось для впавшего в некий ступор Саши каким-то кошмарным сном, чем-то ненастоящим, вроде тех же киносъемок. Вот так же весело звенели мечи, кричали и ругались актеры, каскадеры прыгали с корабля на корабль, некоторые из них, не долетая, с восторгом падали в море.

И как славно лилась бутафорская кровь! Живенькими такими брызгами.

Александр невольно поискал глазами камеру – может быть, она установлена на каком-нибудь катере, его сейчас не видно… или, нет – конечно же, на этом вот скалистом островке, у которого, собственно, и разворачивалось морское сражение.

Ввухх!!!

В очередной раз махнув секирой, Видибальд смахнул с плеч голову опасно приблизившегося врага – молодого светловолосого парня в старых римских доспехах.

Это случилось совсем рядом с пленником. Алые горячие капли окропили его лицо, а голова, удивленно улыбающаяся голова, упав на соседнюю банку, подпрыгнула, словно мячик, и, перевернувшись, устремив мертвеющий взгляд на застывшего в ужасе Сашу.

Обезглавленное тело, по инерции пробежав метра три, с шумом свалилось в воду.