Антонов. Последний пожар

На вид ему было около сорока лет.

– Бравый солдат, однако, – отметил Антонов выправку Петра. – Какой же он старый? Долго служил?

– С четырнадцатого года. Солдатом начинал.

– Он, Степаныч, герой. У него три Георгия за храбрость, – добавил Заев.

– Герои нам нужны. Службу ты знаешь. Только больших должностей у меня нет. Это впереди. Участковым Трескинской волости пойдёшь? – спросил Антонов бывшего подпоручика.

– Пойду, Александр Степанович. Большаки уже одолели. Офицер им уже не человек. А я крови своей и чужой сколько пролил! За Россию! Вот и наградили меня званием, отметили, – разошёлся Токмаков.

 – Ничего. При должности я им покажу, у кого сила.

– Ты, Петя, коммунистов не задевай. Сила у них большая. Тут умнее действовать надо. Говори, что одумался и порвал с прошлым. С людьми разговаривай, подмечай недовольных. Это наш оплот будет. Дезертиров не трогай. Ты ему добро сделаешь, он тебе потом отплатит. Понимаешь? – напутствовал Александр нового соратника.

– Так точно! – по-военному ответил Токмаков.

 – Аккуратно сработаем.

– Вот и славно. Ишин сейчас в Калугино? – спросил Шурка Заева.

– Видел его на днях. Всё с коммунистами воюет. В Калугино сейчас комбеды власть держат. Милиционером там – Редькин. Большевик. С ним будь поосторожнее, – предостерёг Заев.

– Ты вызови на воскресенье Ишина в Леонтьевку к Грачу. Погуляем. И разговор серьёзный есть. Вот и Петру участок покажешь, – распорядился Александр.

– Понял. Сейчас куда?

– Проводите до Кирсанова. Потом вернётесь.

А мне там кое-что подготовить надо.

Переговариваясь негромко о предстоящих делах и обстановке в уезде, троица блюстителей порядка на сытых лошадях тронулась в путь.

Антонов задумал важную операцию, и провести её нужно было секретно. От этого зависела не только свобода, но и сама жизнь. На днях через Кирсанов должен пройти эшелон с солдатами чехословацкого корпуса. После прекращения русско-германской войны этот корпус двигался весной и летом одна тысяча девятьсот восемнадцатого года через всю Россию во Владивосток, чтобы оттуда на пароходах отправиться во Францию по приказу своего командования.

Чехословаки были хорошо вооружены, поэтому представляли для большевиков серьёзную опасность. В любой момент они могли выступить на стороне белых и ударить красным в тыл. Но надеялись большевики на слово, данное им командованием корпуса. Не отваживались красные разоружать эшелоны, боялись ненужного кровопролития. Антонов же рассудил иначе.