Политбюро. Лица и судьбы. Энциклопедия биографий

Шелепина на ХХII съезде КПСС (октябрь 1961 г.), злоупотребляя своим служебным положением, в июньские дни 1957 г., когда фракционеры перешли в открытую атаку против ЦК, расставил в Кремле свою охрану, выставил дополнительные посты, которые никого не пропускали без его указания в здание Правительства, где проходило заседание Президиума ЦК КПСС: «Это говорит о том, что заговорщики готовы были пойти на самые крайние меры для достижения своих грязных целей» (ХХII съезд Коммунистической партии Советского Союза. Стенографический отчет.

Т. 2. М., 1962. С. 405). Следил за своей внешностью, всегда был прекрасно одет, имел благородный вид. Увлекался красивыми балеринами и певицами, раздавал им квартиры, ездил к ним на новоселье. Был склонен к неумеренному употреблению алкоголя. По словам В.М. Молотова, пил в одиночку. Л.М. Каганович называл его «бухгалтером». В марте – августе 1958 г. председатель правления Госбанка СССР. В 1958–1960 гг. председатель Ставропольского совнархоза. Местные власти третировали его, собирали о нем сплетни и слухи. Первый секретарь крайкома КПСС И.К. Лебедев вытаскивал его на бюро за малейший промах, пытался снять с поста председателя совнархоза и направить директором небольшого заводика. Посетивший Ставрополь Н.С. Хрущев, изрядно выпив на банкете, в речи, транслировавшейся по местному радио, допустил в его адрес матерные ругательства. Трансляцию прервали «по техническим причинам». С февраля 1960 г. персональный пенсионер союзного значения. Одиноко доживал последние годы в маленькой двухкомнатной квартире в Москве. По воспоминаниям бывшего заместителя заведующего секретариатом Совета Министров СССР М.С. Смиртюкова, «жена умерла, с детьми он что-то не очень ладил. Собственную дачу кому-то отдал. С квартирой тоже были какие-то проблемы. Но меня он просил только об одном: чтобы ему каждую неделю давали путевку в дом отдыха “Назарьево” имени Куйбышева… Это был дом отдыха для персонала Совмина – секретарей, водителей… Булганин приезжал туда утром в пятницу, а к вечеру привозили сотрудников аппарата. Булганин встречал автобус и здоровался со всеми как со своими близкими. Люди пожимали ему руку, обнимали, перекидывались парой фраз. Такой он завел ритуал. В столовой этого дома отдыха у него свой столик был. Придешь завтракать – он всегда встанет, подойдет поздороваться, поговорить. Пытался хоть как-то скрасить свое одиночество». 15.09.1966 г. обратился к Л.И. Брежневу с письмом, в котором жаловался, что девять лет не лечился и не отдыхал на юге.