Ах, как хочется жить… в Кремле

Их сейчас стало много, и это обстоятельство вдруг высветило шокирующее открытие – талантов-то у нас раз, два, и обчелся.

Безголосость, страшная амбициозность, болезненное самолюбование так и прет из молодой попсы. МТК здесь, конечно, ни при чем – где наберешься талантов, да еще на каждый праздничный день, тем более что последний из них заканчивается только сегодня. Телевидение констатирует непреложный факт – подлинные таланты очень редки. Такой вывод напрашивается из развлекательных программ и их сравнения по разным каналам.

Это – общее впечатление. А теперь – частные замечания. В среду, 3 января, ведущая представила своего собеседника, журналиста: он писал о чудесах тогда, когда это еще было опасно. О мире непознанного писать было опасно? Но ведь выходили книги – как оригинальные, так и переводные, молодежные журналы набирали миллионные тиражи именно на таких публикациях. Что значит – опасно? Убивали? Не было такого. У ведущей много неточных слов. Понятно, конечно, что она хотела сказать, но форма выражения мысли неадекватна самой мысли.

Четвертого января другой ведущий представил телезрителям ректора одной из новоиспеченных академий. Представление воспринималось как пародия, как новогодний карнавал. Каких только ученых степеней нет у гостя – даже звание академика какой-то международной академии. И это все для того, чтобы научить пришить пуговицу или отремонтировать водопроводный кран? Какая значительность на лице! Замрите и лягте, всякие там Королёвы, Келдыши и Курчатовы!.

Профанация ученых степеней достигла небывалых масштабов. От академиков на телеэкране рябит в глазах. Не различить, кто из них настоящий ученый, а кто невсамделишний. Вообще, это тема для телеисследования: сколько академиков приходится на тысячу москвичей? Недавние ПТУ провозглашают себя академиями, а мастера производственного обучения в одночасье становятся международными экспертами.

О событиях в Кизляре. Отсутствие правдивой, достоверной информации с лихвой компенсировалось общими рассуждениями.

В дружном хоре гневных требований диссонансом прозвучал тихий голос префекта Парфенова (10 января): «Я не могу комментировать кизлярские события. Я отвечаю за свой округ, каждый должен заниматься своим делом».

(Прим. 2018 года. Прочитал эту запись и засомневался, надо ли воспроизводить ее сейчас, спустя более чем двадцать лет.