Эхо памяти

Так 7 сентября 1904 года в деревне Пустыня будущего Сокольского района появился на свет мой дед Алексей Александрович Точин.

В 1927 году дедушка женился. В деревне он работал счетоводом, так как имел хорошее для того времени образование – четыре класса. Затем, уже в 1939 году, стал слесарем на ЦБК имени Куйбышева. Семья Точиных, в то время насчитывавшая уже пятерых детей, переехала жить на станцию Печаткино Северной железной дороги. Строительство собственного дома пришлось приостановить: дедушку призвали в Красную Армию, откуда он вернулся 24 июля 1940 года, а в июне 1941 года отправился на фронт.

Точин А.А. (дедушка Нины Гавриковой) справа

После войны дед часто вспоминал свой первый бой. Когда прозвучала команда: «Вперед!», ему бы выскочить из окопа и бежать в атаку, но видит – вражеский танк мчится прямо на него. Времени оставалось, чтобы перекреститься и присесть в окопе. Страха в тот момент не было. Просто подумал, что это последнее мгновение его жизни.

Но танк проехал дальше, не развернувшись на окопе и не раздавив его. Когда дед понял, что остался жив, то почувствовал, что волосы на голове встали дыбом от пережитого, и шапка вместе с ними поднялась вверх.

В 1942 году дедушку направили в Московскую область, в 11-й отдельный учебный автомобильный полк для переподготовки на шофера автомашин «Форд». Так он и воевал, управляя машиной марки «Студебеккер», вплоть до Берлина.

Еще один страшный случай произошел с дедушкой, когда он вез молоденьких новобранцев.

Сидят они в кузове, шутят: мол, всех немцев разбомбим, только бы добраться до места назначения. Откуда ни возьмись – самолеты. Снаряд упал в кузов, деда взрывной волной выбросило из кабины, контузило. Когда очнулся, осмотрелся – всех новобранцев от взрыва разнесло в разные стороны. Сел дед тогда на землю-матушку и заплакал. Но война есть война – пришлось душевную боль сжать в кулак и ехать дальше.

Победу дедушка встретил в Берлине в звании младшего сержанта.

Проходя по немецким улочкам, делился с местными ребятишками крошками хлеба, и сердце его переворачивалось от мысли, что дома ждут пятеро своих сорванцов.

Алексей Александрович Точин

Всю войну он прошагал, имея за голенищем сапога необходимый инвентарь – ложку. Она была алюминиевая, круглая, с короткой ручкой. Дед до последних дней пользовался только этой ложкой, охранял ее как драгоценную реликвию.