Между жизнью и честью. Книга I

Пишу и с глубокой скорбью вспоминаю поговорку: «Брак есть в любой профессии». Печально, что этого самого брака становится всё больше среди педагогов.

К счастью, мне всё же удалось спасти часть писем, фотографий, анкет фронтовиков.

Было очень обидно, когда мне позвонил председатель Курского областного Союза журналистов Александр Петрович Щигленко и с горечью сообщил, что из «Книги памяти», изданной к 70-летию Великой Победы, изъяты материалы 4-х человек, основанием явилось, якобы, количество оплаченных страниц.

«Хорошо, что до такого позора не дожила участница ВОВ, которая проживала в Курске, она совсем недавно умерла, – взволнованно говорил Александр Петрович.

Он долго извинялся за то, что материал о моём отце тоже оказался лишним. Конечно, я вскипела, как железная лава в доменной печи. Собрала документы, наградные листы и отправилась в пресс-центр МГОКа. Как оказалось, начальник пресс-центра Константин Евгеньевич Булгаков не касался издания книги. Был удивлён высокими наградами моего отца и попросил, чтобы я написала о его подвиге в газету.

Получив «Книгу памяти» в подарок как победитель журналистского конкурса имени К. Воробьёва, я сразу поняла, почему не хватило места для защитников Отечества.

Четыре первые страницы заняли портреты руководителей с одной и той же поздравительной речью. Следом были размещены воспоминания фронтовиков, которые никогда не участвовали в военных операциях.

Есть и такое в нашей настоящей истории.

Наконец, главная причина, побудившая меня к написанию трилогии – это живая жгучая боль, которую я испытала, читая письма наших защитников. Не раз мне говорили, что назад ничего не вернёшь, зачем зря душу и сердце рвать. Наверно, правы. Но я вижу в этом другую сторону. Моё равнодушие не позволило бы мне взяться за эту книгу, а значит, слёзы, боль солдатская остались бы без внимания.

Я должна передать потомкам эту боль и вместе с ней гордость за могучий советский народ, который отстоял нашу свободу и право на жизнь. Чтобы выстраданная великая слава прорастала в детях и внуках верой, гордостью и достоинством. Из рода в род!

* * *

Не первый раз сажусь за свою трилогию. Опять начинаю всё сначала. Разбираю документы. Снова рыдает моя душа и сжимается сердце, бунтует давление.