Между жизнью и честью. Книга I

Его управление разместилось в поселке Чибью – ныне город Ухта. В состав лагеря входили пять отделений.

На огромных территориях в 1,5 млн км

от западных склонов Северного и Полярного Урала, бассейн реки Печоры, включая Тиманский кряж, среднее и нижнее течение реки Вычегды до Котласа Коми заключенные занимались разведкой и добычей нефти и угля. При таких огромных расстояниях особое значение приобретали пути сообщения – речные артерии, шоссейные и железные дороги. Их также строили руками заключенных.

Руководство лагеря в лице его начальника Я.

М. Мороза напрямую подчинялось ГУЛАГу ОГПУ, а затем НКВД. На первый план в работе лагеря наряду с нефтью вышло угольное направление, радий, газ, асфальтиты.

Развернувшееся в 1932–1934 годах промышленное освоение Печорского региона потребовало резкого увеличения контингента заключённых. Если на 1 июня 1932 года в Ухтпечлаге находилось 4797 заключенных, то в августе 1934 года контингент лагеря состоял из 26325 человек.

Переполненность лагпунктов Ухтпечлага превысила все лимиты.

В бараках на каждого заключённого приходилось места на 25 % от установленной нормы. Поэтому сотни заключённых размещались в палатках, под открытым небом, в избах жителей – местных крестьян, которые были против подобного размещения. Люди пережили настоящий психологический шок от близкого знакомства с империей ГУЛАГа.

27 октября 1936 года в Ухтпечлаге началась политическая забастовка протеста против режима содержания, труда и быта. Забастовка сопровождалась массовой голодовкой.

Карательная комиссия из Москвы, по заранее составленным спискам, расстреляла в Воркуте и Ухте более 2 тысяч заключённых.

На Воркуте расстрелы производились на 15-м километре железной дороги, в тундре возле старого кирпичного завода, на Ухта – в районе верхнего течения р. Ухта (ручей Ухтарка).

Карательной операцией руководил оперуполномоченный ГУЛАГа лейтенант Е. И. Кашкетин. По данным Ухто-Печорского отделения общества «Мемориал», в 1937–1938 годах казнено различными способами (не считая умерших от голода и болезней) 2614 человек.

Эти события стали известны как «кашкетинские расстрелы». Михаил Рогачев, главный редактор республиканского мартиролога жертв политических репрессий «Покаяние», писал, что такое большое число заключенных нельзя было быстро уничтожить «обычным способом». Лагерная администрация пошла на хитрость: был инсценирован пеший переход в другой лагерь, во время которого по заключенным открыли пулеметный огонь из засады.