Медленно открывая глаза

Она знала как выглядят воины отца, а этот явно не был на них похож, да и акцент выдавал принадлежность к другим землям. Дальше, как во сне – возникла картина, как убили ее братьев и отца, и она сначала почти шипела: «Убей меня… как моих родных, прошу, убей…». Все сильнее и сильнее захватывала ее истерика. И вот она уже кричала, что нет лучше правителя чем ее отец, и что жить она без него не хочет.

***

Царь Ашока уже был не так горяч и молод, как в юности. Он много лет планировал эту битву. Столько раз прокручивал в мозгу тактику.

Все время изучал записи походов деда и отца, которым так и не удалось покорить Калингу. И теперь, когда победа была за ним, но он видел сколько было смерти вокруг, когда ему доложили о количестве погибших с обеих сторон, когда он слышал общий рев людей, потерявших близких, от истерики этой перепачканной девушки, непонятно почему одетой в мужское платье и непонятно как оказавшейся здесь, ему самому захотелось выть. И чтобы не показать свою слабость, он просто прижал к себе это юное дрожащее создание и стал успокаивать.

От стресса она потеряла сознание. Он перенес ее на шкуры, вытер прекрасное лицо и позвал слуг, чтобы подали воды.

***

Оксана ворочалась во сне. Ей снова снился ее кошмар. Гудящие слоны и ржущие лошади как будто выводили в воздухе «Уууужааас, ууужаааас…»

Проснувшись она осознала, что ругаясь с мужем накануне вечером, говорила об отце из сна. Если все это бред, подумала Оксана, то пусть он, по крайней мере, даст мне силы уйти.

Утром она собрала необходимые вещи, детей и уехала к родителям.

Глава 5. Максим

Оксане пришлось рано выйти из второго декрета. Поручив заботу о сыновьях маме, она стала подрабатывать в местном пошивочном цехе. Родители жили в небольшом областном центре, а область их славилась швейным производством, поэтому профессия, которую получила молодая девушка и ее сестра, была швейная. Шили на том производстве все: от постельного белья до трусов с майками. Правда, продавалось это не очень. Чтобы сбыть продукцию в нулевые годы нужно было договариваться с крупными магазинами Москвы и Московской области, а там хватало дешевого китайского барахла.

Вот и ездили сотрудники этого производства по небольшим магазинам ближнего Подмосковья, пытаясь пристроить продукцию.

Однажды поехала и Оксана. Им предлагали процент с продажи, а деньги с двумя детьми и родителями пенсионерами ей ой как нужны были. Сестра была далеко, к родителям приезжала редко. С Оксаной они почти не общались.