Суворовец

Только – кто бы знал, где турки-то?

– Осмелюсь доложить, ваш-бродь, – без особой субординации вступил в разговор Никодим Иваныч. – Где турки – тут ясней ясного. Где-то на бережку прячутся и недалече. Лодок ждут.

– Вот тут и мы – с лодками, – Алексей поправил саблю. – А уже вам дадим знак – явитесь.

– Ну, пусть так, – махнул рукой подъесаул. – Так и сговоримся. Вы, как вражин увидите, знак подайте. Ну, пальните два раза кряду в воздух. Ну и мы, ежели допрежь вас заметим – тоже известим.

На том и договорились.

И правда, куда как легче хитрого врага с двух сторон искать – и с воды, и с суши.

* * *

Монастырские дали лодки не сразу, пришлось договариваться с игуменом, на что ушло как минимум с полчаса. Алексей все переживал – успеть бы! А ну, как турки не станут дожидаться добавочных лодок, обойдутся теми, что есть? Ищи их тогда, свищи. А с ними – и Прохора Анцыферова, угодившего невзначай в полон молодого солдата. Эх, Проша, Проша – да жив ли ты еще? Ну, коли турки за лодками отрядец выслали, то… Еще не все потеряно, еще есть надежда, что все пленники – по прикидкам человек с дюжину – живы.

Турецкие солдаты, особенно наемное воинство – левенды, воевало не за просто так. Не только за жалованье, за деньги, но и – в большей степени – за добычу. Так что любой рейд без взятой добычи – даже и разведывательный – это не рейд вовсе, а так, бесполезная прогулка, пустая трата времени. К слову сказать, все солдаты в те времена добычу любили вовсе не менее турок, но европейские армии были все же поставлены хоть в какие-то рамки.

И знаменитый воитель принц Евгений Савойский, и тот же прусский король Фридрих в первую очередь дисциплины требовали. Сперва устав соблюдай, а уж потом – все остальное. Кто же запрещает вражьи города грабить-то? Но грабеж – грабежом, а устав – уставом. Изволь соответствовать. А не будешь – расстрел. У турок же, даже у янычар, порядка было меньше. Хотя дисциплину и те поддерживать пытались – и весьма жестко.

Монахи дали просителям всего-то три лодки.

Правда, одну – большую, вместительную, о четырех веслах. Да больше разведчикам и не потянуть было! Всего-то семеро и осталось, ну, еще казачков попросили. Игумен обязательно наказывал лодки вернуть – ну, это понятно. Куда они, лодки, денутся-то? От ружейных пуль да сабель им вреда особого нет, ко дну не пойдут всяко.

Усевшись на носу передней посудины, Ляшин до боли в глазах всматривался в низкий, заросший черноталом да ивою берег.