Военная контрразведка. Вчера. Сегодня. Завтра

А с настоящим абвером вам приходилось сталкиваться?

Вопрос-крючок не вызвал напряжения на лице Лонге и изменений в интонации голоса. Она не отвела взгляда в сторону и призналась:

– Да, я слышала о нем, но никого из сотрудников не знала.

Матвеев сменил тему и поинтересовался:

– А что вы намереваетесь делать дальше?

Лонге развела руками и, пряча глаза, призналась:

– Извините, но мне негде и не на что жить. Кроме вас, Александр Иванович, я никого не знаю.

Бесхитростный ответ Ренаты создавал хорошую основу для развития с ней оперативного контакта.

В том, что он мог стать перспективным, у Матвеева оставалось все меньше сомнений. С такими яркими внешними данными и знанием языков Лонге была обречена попасть в поле зрения иностранных спецслужб. Будь то американская, британская или французская, большого значения это уже не имело, все они дули в одну – антисоветскую – дуду. Удача в лице Лонге сама плыла в руки Матвеева. Он не собирался упускать ее, задержал взгляд на забинтованной руке Лонге и посетовал:

– М-да, быстро же мои подчиненные забыли, как правильно накладывать перевязку.

– Ну что вы, Александр Иванович, она вовсе меня не беспокоит. Я чувствую себя хорошо, – заверила Лонге.

– Кто вас перевязывал?

– Ваш капитан.

– Который? – уточнил Матвеев.

– Ну такой, светленький.

– А-а, Маринин. Лучше бы черненький – старший лейтенант Лазарев, кстати, он холостой.

Рената улыбнулась и, стрельнув лукавым взглядом в Матвеева, обронила:

– У вас, Александр Иванович, есть и более симпатичные, чем он.

Он сделал вид, что не заметил, и поинтересовался:

– Ранка, как, не беспокоит?

– Нет-нет. Я не чувствую боли.

– И все-таки вам надо проехать в наш госпиталь. Пусть вас осмотрят специалисты, – настаивал Матвеев.

– Спасибо, Александр Иванович, но не стоит беспокоиться.

– Придется побеспокоиться, и не только о вашем здоровье. Я так понял, здесь у вас нет ни родных, ни знакомых?

– Да.

– Рената, а как вы посмотрите на то, чтобы временно поработать медсестрой в нашем медсанбате?

– Я-я?! – растерялась Лонге.

– Да, вы. Освоите новую специальность, а там и война закончится.

– Я… я, право, не знаю… Нам говорили, придут русские и… – голос Ренаты дрогнул.

– Больше не будут говорить! Мы люди, а не звери! – отрезал Матвеев, снял трубку телефона и приказал: – Иван, срочно пришли ко мне Лазарева!

– Есть! – принял к исполнению Волков.