Власть Зверобога

Жрец дернул за веревку, приросшую к языкам пленниц, они хором завыли, рой мух взвился над дурно пахнущими телами.

– Поторопитесь, воины! В путь! Иначе насекомые раньше времени полакомятся нашими дарами.

– Посмотрите, что творится с омельгонками! – кто-то крикнул из толпы.

Жрец оглянулся и замер с разинутым ртом.

Кожа пленниц вздулась, и шевелилась, словно в нее залезли шершни. Там где лопались пузыри, из гнойных ран вылуплялись крупные мухи и с гудением взмывали в небо.

Жужжание заглушило звон бубенцов на ритуальных сандалиях.

Черная туча, как густой дым, нависла над толпой.

– Такие кровососы в наших краях не водятся, – удивлялся народ. – Да и мухи ли это?

– Это черные осы – еда омельгонов. Где омельгоны – там трупные осы. Они питаются друг другом.

– Омельгоны перебиты, значит, кровососы примутся за нас, – сказал Несокрушимый, глядя в небо.

Когда люди опомнились и побежали по домам, было поздно. Черная туча обрушилась сверху на толпу, насекомые безжалостно впивались под кожу.

Дети и женщины визжали от страха.

Жабий жрец топал ногами, звенел бубенцами, скакал кругами, ловко отбиваясь от кусачих тварей. Торжественный обряд превратился в танец машущих рук. Если учесть, что кулаки воинов при этом сжимали тяжелые топоры, можно было назвать этот танец Пляской Воинов Отрезающих Друг Другу Носы.

Копье Храброго Лиса задело плечо Уха Пса. Воины сцепились, посыпались искры из-под скрещенных топоров.

Обряд явно срывался.

Жрец гневно оглядел толпу и закатил глаза, что-то бормоча под нос.

Его щека дергалась от тика, горло свела судорога, он присел, крутанулся на месте и, резко ухнув, ударил жезлом по ноге омельгонки.

Несчастная схватилась за сломанную кость, совершенно позабыв о веревке в языке. Кровь заполнила горло, прикушенный язык перекрыл дыхание. Пленница посинела, задыхаясь. Жрец ударом кинжала отсек язык, и он повис на веревке, натянутой зубами других омельгонок.

Освобожденная пленница приоткрыла склеенные гноем глаза, судорожно вздохнула, поднялась, расправила затекшие ноги и бросилась бежать.

Но Крученая Губа ловко подставила беглянке подножку, и та свалилась прямо под звенящие ноги Жабьего жреца.

Он пришил ее с одного удара по голове.

Мозги разлетелись в разные стороны!

Я провела пальцами по щекам…

На руках остались жирные кровавые сгустки.

8. Курандеро

Я всегда ненавидела жреца. Люто ненавидела чудовище. Да.