Кальдера. Киносценарий

Начинается смешной, разнузданный танец- пантомима, в которой угадываются некоторые жестокие ритуалы. В танце шаманы приближаются к каменному зеркалу на берегу, начинают его лизать и украшать. Жабы на корягах в точности подражают телодвижениям шаманов.

ШАМАНЫ:

– Бойтесь Пернатого Змея!

– Страшитесь божественного гнева!

– Не смейте нарушить табу!

– Бойтесь, бойтесь, бойтесь!

Жабий жрец. Крупным планом его лицо. Сальное, с въедливым взглядом. Он затягивается из трубки. Закатывает глаза и замирает в неестественной позе: на одной ноге, как бы в прыжке.

Другие шаманы повторяют эту позу и тоже неподвижно замирают.

Жабы и лягушата повторяют эту позу.

Время останавливается. Картина застывает. Дым. Крупным планом лицо шамана, его оскал и закатившиеся под лоб глаза.

СИНЕВЛАСАЯ

– Когда жрец говорит со мраком времен, его нельзя тревожить, потому что вместе с ним может проснуться смерть. Она всегда где-то близко, рядом. Она поглощает мир и превращает его в тень.

Вид с высоты птичьего полета.

Вдали виднеются тотемы, деревня, кольцевая архитектура построек. Камера показывает развалины древнего храма, камни, былинки и змей разных видов. Змеи кишат в траве и дерутся друг с другом, заглатывая слабых, а сильных разрывают на части, превозмогая количеством.

Вдали за туманом слабые очертания города Уснувших богов.

Кости на дне

Девушка разглядывает свое лицо, отраженное в озере. Она любуется собой, своими волосами. Ее кожа сверкает лунным светом. Она гладит себя по щекам, по шее, груди, бокам.

Под пальцами кожа искрится, начинает светиться лунным светом.

Синевласая складывает руки над головой и ныряет в свое отражение. Два силуэта, девушка и ее тень, сливаются и выплывают друг из друга, словно меняются местами.

Синевласая плывет под водой, ее хорошо видно, кожа светится в воде. Девушка находит на дне останки чудовища. Ребра вросли в песок в виде туннеля. Синевласая плывет внутри этих ребер. От движения воды кажется, что кости оживают, а челюсти смыкаются на шее.

Громадные зубы фосфоресцируют. Девочка заплывает сквозь глазницы в пустой череп, осматривается, обследует находку.

Пытается вытащить зуб из челюсти, расшатывает сточенный старостью клык, но вытащить не может.

СИНЕВЛАСАЯ

– Стоило бы это показать жрецам, посмеяться над страхом в птичьих глазах. Бог был стар, когда умер, и одинок.

Она смотрит из воды на луну, как сквозь сильную лупу и наблюдает, как по ее поверхности скользят водомерки.