День воина. Историческая фантазия о событиях при селе Шевардино в августе 1812 года

– Господь и Сатано ждут вас, грешники! – произнёс Алексей, воздев вверх два пальца, – Молитесь! Страшный Суд будет вам! Аминь, Бонапартовы шлюхи!

Колбанов указал пальцем на дрожащего хозяина.

– И «Эльжбету» мне не обижайте.

– А-а-ай, – пискнул он и упал на колени, спрятавшись под стол.

Стало тихо, кроме шума дождя и сбивчивого голоса пастора.

– Ув- ув- ув…, леший тебя побери, – прислушавшись, передразнил его Алексей, тряся своей головой.

Улица вновь осветилась молнией, офицеры рассмеялись и исчезли в пелене дождя.

Выглянув из-за стола, «Эльжбета» быстро сгрёб деньги и пополз на четвереньках в сторону стойки, держа во рту полотенце, приговаривая сквозь сжатые зубы:

– Cos w rodzaju diabla diabla, cos w rodzaju diabla diabla… Jeszcze i cos w rodzaju diabla przyjdzie…, diabla, diabla… (польск. Леший побери, леший побери…. Еще и леший придёт…, побери, побери….)

Быстро забежав в стойло, Ульрих крикнул, указывая на своего коня:

– Выводи!

Затем он вытащил нож и перерезал подпруги у коней поляков.

– Так вернее будет? – объяснил Прохор свои действия.

– Да ты что? Они не погонятся, их же всего лишь двое, – усмехнулся Колбанов и, подтягивая сбрую, спросил, – Ты теперь куда?

– Пока в Заслав, в Ставку генерала Тормасова! А потом Житомир, Киев и на Смоленск, а дальше как Бог даст! – ответил Ульрих, делая то же самое.

Сев верхом, Алексей кивнул головой и ответил, привязывая походную сумку с продуктами:

– Кони без отдыха, так что погонять не будем.

Далеко Заслав-то будет, в раз не доберёшься. В общем так, давай-ка пока поедем, в лесу заночуем да передохнём, костра разводить тоже не будем. Тут оставаться опасно.

– А ты зачем с этими-то расплатился? – спросил Прохор.

– Так ассигнации фальшивые. Они же сами и шлёпают, вот ведь паскуды! – ответил Колбанов.

– А монеты?

– А монеты настоящие!

Ульрих согласно кивнул головой, натягивая по глубже каску поправляя блестящие ремешки, и сказал:

– Ох и ловок ты, Алексей Колбанов! Спасибо тебе!

– А ты что, с этими на шпагах драться собирался?

– Да вот ещё, господа нашлись…, – пожал плечами Ульрих, – Да пострелял бы и всех делов- то!

– Я в Петербург направляюсь, – крикнул Колбанов, трогаясь с места.

– Ну так и я туда же! Поехали отсюда! Но-о-о!

Страшными, почти мистическими всадниками они пронеслись по спящим улочкам Лемберга, громко цокая подковами лошадей.