Горпына

Травок с собой мешок привез и снадобий, кореньев всяких…

– Не зря же я в Крым ходил.

– Места рассечений и повреждений срастись должны, как следует. Слаб ты. Сила жизни покидает тебя. Организм уже не так быстро, как раньше, раны заживляет.

– Что посоветуешь?

– Вначале надо посмотреть, что не дает ему возможности должным образом это делать, а потом уже травки пить и снадобья принимать.

– Полагаешь, что не только в ранениях дело?

– Устал ты, очень устал. Груз накопленных проблем дает о себе знать. Все вместе, когда приходит время, сказывается.

– Тепло и кров предоставляешь, выходит?

Горпына кивнула.

– Митша во сне дал о себе знать. Когда я с ним в мысленную беседу вступила, он не только о тебе предупредил, но и намекнул на то, чтобы я позаботилась о тебе. Казак казака видит, пусть и через время.

– Митша твой учитель?

– Дед, друг, а учитель в последнюю очередь. Он не считал меня своей ученицей, все внучкой называл. Не хватает его, сколько уже лет прошло. Нет ныне таких людей.

Мир все больше погружается в саван темных энергий. Слуги Христа навевают тьму. Близится битва. И ты, и я это знаем, как и исход.

– Ты знаешь, кто поведет казаков на бой?

– Ты тоже, но не будем произносить имени вслух. Если ты выздоровеешь и сил наберешься, то сам все своими глазами и увидишь.

– Казаки денек-второй поживут у вас, а потом, как удостоверятся, что все в порядке, уедут. Не возражаешь?

– Могут и три-четыре дня пожить. Помогут нам. Здесь тебя опасно оставлять. Места есть более укромные, где можно и зиму пережить, и себя в порядок привести.

– Что ж, я согласен. Поживу у тебя, пока не выгонишь.

– Не усидишь ты тут долго, на Сечь и в плавни потянет. О Франции мне расскажешь. Вижу, что жил там долго.

– Расскажу, коли послушать захочешь.

– Воин ты, умелый воин, былые навыки, правда, подрастерял, но это дело наживное.

– Лекарь я, как и ты.

– Лекарь не пекарь и не бондарь, – вздохнула Горпына. – На первый раз обо всем поговорили. В хату пойдем. Заждались нас.

Хлопцам скажи, что договорились обо всем.

– Злотыми за постой заплачу.

Горпына усмехнулась.

– Хочешь, чтобы я обиделась?

– Тогда дам на инструмент денег.

– Вижу, что не бедный ты.

– Не отказывайся. Если не тебе, то детям и внукам пригодятся злотые.

– Ладно, почти согласилась. Умеешь убеждать. Налогов с нас все больше сдирают, хоть и глушь. Никак не нажрутся старосты. Хотя панщины нет пока. Хорошо, что не доживу до того, как это случится.