Против течения. Том 2

 – Нас все равно убьют.

– Я все предвидел заранее: я приготовил казацкое платье и лошадей. Мы переоденемся. Пробудем до утра в городе. Теперь идет суматоха, нас не приметят, скорее бросятся на наши квартиры и будут дуванить наше имущество. А утром, когда все ворота будут отперты, мы уйдем.

– Делай как знаешь, – отвечала Анжелика с детской покорностью и со слезами на глазах.

Александр схватил ее за руку.

– Анжелика, – сказал он, – я все готов сделать для тебя. Быть может, мы и погибнем сегодня, но ты не погибнешь прежде меня.

– Благодарю тебя, Александр Сергеевич, за то, что не забыл меня в эту минуту, – с чувством сказала Анжелика, пожимая его руку. – А о любви говорить теперь не время. Когда пройдет опасность, поговорим об этом.

– Но, Анжелика, позволь хоть поцеловать твою руку. Через полчаса мы оба будем казаками и будет не до нежностей.

– А завтра мы будем за городом, на свободе, – отвечала Анжелика с грустной и обворожительной улыбкой.

С улицы доносился шум. Александр вспомнил об опасности и погасил лампаду. В комнате было почти светло от занявшейся зари.

– Одевайся скорее, Анжелика, твой наряд я сейчас пришлю с Ядвигой. – И он сбежал вниз.

Пришла Ядвига с казацким платьем.

Красавица сбросила с себя кофточку и башмаки и принялась одеваться в казацкий наряд.

Казацкий наряд ловко сидел на ней. Казакин алого сукна туго охватывал ее стройный стан, но пышная грудь выдавала женщину.

Взглянув на себя в зеркало, Анжелика грустно молвила:

– Точно на карнавал собираемся.

– А как же волосы, панночка? – напомнила Ядвига.

– Позови боярича, как он скажет, – ответила Анжелика.

– Все готово, – сказала она вошедшему Александру.

– Нет, не все, нужно подпоясаться кушаком и навязать на него вот эти безделушки, – сказал Александр, показывая на трубку, кисет и нагайку.

Он сам опоясал гибкий стан красавицы персидским кушаком, причем так близко был около нее, что слышал биение ее сердца, а ее чудные волосы падали на его лицо. Прицепив к кушаку саблю, люльку и нагайку, Александр еще раз осмотрел девушку.

– Все, кажется, готово, – сказал он.

– Все, а волосы? У казака нет таких волос, ты забыл, Александр Сергеевич?

– Казака не нужно величать: я просто Александр, а ты казак Иван, или Ивашка.