Лекарь-воевода (части VII и VIII)

Подумал: вдовушка мужиком обзавелась. К вечеру все собрались. Спрашивать никого не стал, и так ясно – Акулина и Агафья тут не живут.

Другой день толкался на Пожаре – на Красной площади, приглядывался к бабам-лоточницам, что торговали пирогами да кренделями. Среди них Акулину не увидел. Следующий день тоже оказался неудачным. Клима все чаще и чаще охватывало сомнение – может, напрасно ищет? Может, их нет в живых… А вдруг Неждан невзначай навел соглядатаев?

Перед вечером решил спросить лоточницу, лицом похожую на масленый блин подрумяненный.

– Акулина-то?! – удивилась лоточница.?– Так она тут всегда. Разбогатела, ларек завела. Последний вон в том ряду.

– Да смотрел я и ларьки…

– Так вчерась она на мельницу ездила, а сейчас небось свежие калачи печет. Но девка там всегда сидит, такая чернявенькая. Племянница ее, Агашкой звать. Уж такая умница…

Клим, не дослушав, поблагодарил и чуть не бегом пустился к ларьку. Верно, небольшой ларек, небесной краской выкрашенный. В окошке девушка лет пятнадцати, чернобровая, черноглазая.

Зеленым платком повязана, а из-под платка коса до пояса, вороньего крыла черней. Отсчитывает она мужику крендели и весело разговаривает. Клим от нее глаз отвести не может, затуманился взор от набежавшей слезы. А она заметила его, приветливо зовет:

– Иди ближе, дедушка, держи кренделечек.

Дрожащей рукой принял крендель.

– Спаси Бог тебя, красавица.

– Какая же я красавица? – весело ответила Агаша, улыбкой засветилась.?– Черномазкой дразнят.

– Потому и дразнят, что красоте твоей завидуют! А тетка не будет ругать, что кренделя не хватит?

– Что ты! Ешь на здоровье, она у меня добрая.

Клим заставил себя отойти в сторонку. Ушел на берег реки и стал следить за ларьком. Вскоре начали лари запирать. Заперла и Агаша свой. Захватила большую корзину. Тут подошел к ней какой-то старичок с такой же корзиной, и они пошли вверх по Неглинной. Клим шел далеко позади, стараясь не терять из виду зеленый платочек. Шел и ревновал: дед небось к Акулине присватался!

И смех и грех – легче стало, когда Агаша юркнула в ворота, а дед прошел дальше.

Заметил Клим дом вдовицы. Ворота и забор добрые. Дом не маленький, крыша щепой крыта. За забором корова мычит. Слава богу, не бедно живет!

На следующий день ранним утром наблюдательный пост снова занял. Видел, как Акулина с Агашей корзину, покрытую белой тряпицей, унесли. Потом Агафья за водой ходила. Сдала, горемычная. От бадейки перегнулась, через пять шагов руки меняет.