Лекарь-воевода (Окончание); Победитель

Так вот их тысяцкий пожелал поклониться печорским угодникам, да наткнулся на меня и на Изверга. Не то что ты, в драку со мной не полез.

– Как его звать? Кликни сюда.

– Кликать его не стану, а вдруг с ним стакнетесь против меня! Да он уехал по своей дороге.

– Куда?

– Это ты его спроси. А имени он своего не назвал.

Молчавший до сих пор Федор Ловчиков зашевелился. Этот опричник из детей боярских в свои двадцать пять лет был чрезвычайно упитанным. Стычка напугала его, но теперь пришел в себя, щеки его порозовели.

Он подал голос:

– Тут в избе слышал: этот тысяцкий убил кня… – и сразу поправился: – убил Изверга.

– Вон как! – обрадовался Вяземский. – Чего ж ты, атаман, молчал. Вспомни, откуда он, как звать? Своих спроси. Ведь государь шапку серебра обещал, кто поймает Изверга. Глядишь, и тебе перепадет. А? Может, вернем?

– Нет уж, пусть уезжает с богом. Но правды ради скажу тебе: Изверга никто не убивал, а на суд Божий вызвал, видать, раньше его знал. Бились по-честному, при всем народе.

Изверг ранил противника, но Господь решил судьбу того. Вот, пожалуй, и все, князь. Нам пора по лесам. Скажу тебе на прощание: множество невинных погубили вы в Новгородчине. Не простит вам этот грех Господь!

– Ты что, атаман, из попов, видать? Безгрешным себя мнишь?

– Зачем так, князь? Грехов на мне хватает. Но клянусь: невинных детей, баб и священников не убивал! А вы всех под метлу!

– То были враги государя, атаман. У них шашни с Литвой…

– У детей-то, у баб?! Брось, князь. В такой заговор ты сам не веришь! Но я о другом.

К Новгороду вы шли без шума, крадучись. Убивали всех, кто мог поднять тревогу. А к Пскову идете открыто, все знают зачем… Сильнее напугать хотите?

– Атаман, кто ты такой, чтоб я перед тобой ответ держал?!

– Ничего ты не понял, князь. Ведь жизнь твоих кромешников и твоя во многом от меня зависит. Я сказал им: князь Афанасий – советчик государя. Он для Пскова плохого не посоветует. Князю ведомо – в наших лесах много оставшихся в живых новгородцев.

А ведь опричников здорово поубавилось: в Новгородчине остались, ушли с обозами награбленного в Москву. Да и мысли у опричников другие стали, чем два месяца назад, – разбогатели и хотят отдохнуть. Наверное, псковичи смиренно примут опалу от государя, князь Юрий Токмаков призывает их к повиновению. Но вот те, кто в лесах, разгуляться кромешникам по округе не дадут.

– Грозишь?!

– Нет, предупреждаю. Может такое завертеться! Ведь Ливония в дневном переходе.