Хроники Червонной Руси

Или о богатстве? – рассуждал Володарь. – Не проникнуть нам в строй его мыслей.

– Бают, гречанкой одной он увлёкся. Красавица была, – вставил Василько.

– Была… И есть… Кажется, её имя – Таисия. До сих пор живёт в Тмутаракани. – Володарь усмехнулся. – Хотел бы я на неё поглядеть. Что за жёнка?

– Отвлеклись мы, братья! – строго одёрнул его Рюрик. – Не прелести греческих блудниц обсуждаем тут! Опасное дело Давид с Халдеем нам предложили. В иной час отверг бы его сразу! Но ныне… Уделов у нас нет… Ярополк едва в поруб нас гнить не бросил! Сребра нет, чтоб ратников нанять и супротив него воевать.

Что остаётся?

– Вызвать гнев дядьки Всеволода? Ратибор – его боярин. – Володарь с сомнением качнул головой. – Не стало б хуже нам… От Ярополка ещё можно отбиться, но с князем Киевским иметь вражду совсем нет охоты.

– А он дал нам волости?! – неожиданно зло выпалил, скрипнув зубами, Рюрик. – Ни села! Вот и приходится самим столы добывать!

– Оно так. Надежду имею, если помогут хазары сребром, сыщем добрых ратников.

Сильная дружина – сильный князь. Так всегда было и будет на Руси. К тому же князь Всеволод погряз в которах[72 - Котора (др.-рус.) – распря, раздор.] с полоцким Всеславом и с вятичами[73 - Вятичи – славянское племя, жило по берегам Оки.], не до Тмутаракани ему ныне, – продолжал рассуждать Володарь. – И потом, Тмутаракань далеко от Киева. Как говорится: тянуться – рук не хватит.

– На то, верно, и надеются Игоревич с Халдеем, – добавил Василько.

– Вот что, братия, – заключил, встав с лавки и стукнув ладонями по столу, Рюрик.

 – Думаю, так содеем. Всем нам в Тмутаракани делать нечего. Один из нас туда пойдёт, с Давидом вместях. Полагаю, ты, Володарь, иди. Разума у тя поболее, чем у нас с Васильком. Мы же в Угры покуда отъедем. Станем потихоньку ратников набирать, чтоб отнять у Ярополка волости. У дядьки, короля Ласло, у матушки нашей Ланки сребра попросим.

– Надо бы испросить совета у боярина Вышаты. Был он с отцом нашим в Тмутаракани, – ворвался в речь Рюрика Василько.

 – Он бы нам помог.

– Не время, Василько, – вздохнул Володарь. – Опасно и нам соваться во Владимир, и ему нельзя в Перемышле появляться. Всюду ищейки Ярополковы снуют. Содеем, как Рюрик говорит. Поеду я в Тмутаракань с Давидом. А как и что дальше, поглядим.

– Токмо сторожко ты тамо будь, брате. Вон отец-то наш… – Василько не договорил. Слёзы стояли в его светлых голубых глазах.

Прослезился и Володарь, заключив младшего брата в крепкие объятия.