Хроники Червонной Руси

 – И что ты думаешь? Нашёлся один блудливый монах, который сопровождал наше сокровище в пути по Ядранскому морю[164 - Ядранское море – Адриатическое море.]. Я приказал повесить его перед окнами спальни моей драгоценной жёнушки. Пускай повисит ей в назидание!

– Снял бы ты его, схоронить велел. К чему зверства сии? – нахмурился Володарь. – Кстати сказать, она тебя намного ли старше? На сколько лет?

«Вот и Таисия была меня старше. Господи, почему опять о ней думаю?! Пора уж забыть!» – пронеслось у сына Ростислава в голове.

– Ну, лет на десять, верно.

– Ты что, точно и не знаешь?

– А на что мне это надо? Вижу, перезрелая жёнка. Вся златом увешена, яко кукла, яко идол поганый! Но король убедил меня, что как раз такая вот мне и нужна. И приказал мне жениться. Державный союз – что поделаешь? Её отец знатен, богат, имеет много золота, воинов и кораблей. Мадьярии нужны сильные друзья. Кирие элейсон! Грехи тяжкие! А вообще, я тебе скажу так, дорогой Володарь – не женись никогда! Ну их к чертям, этих баб! Я вот оженился – и всякий покой потерял.

Приезжаю из Нитры, там, из Пожони[165 - Пожонь – венгерское название Братиславы.] или Унгвара. Часто приходится бывать в разных городах. Устаю в пути, нога болит, горб ноет, хочется поспать. Но ночью эти дети начинают громко орать на весь дом и мешают моему отдыху! Лежишь, плюёшься и молишь Всевышнего, чтобы всё это поскорее прекратилось!

– Перестань городить чепуху! – перебила сына Изяславна.

 – Дорогой Володарь, хоть ты повлияй на моего первенца! Он вовсе становится невыносим!

– Зато ты знаешь, Володарь, моя жена, оказывается, хорошо вышивает, и ещё у неё очень сильные руки. Яко у мужа. Кроме того, она – знатная охотница. Метко бросает копьё в зверя, – продолжал, не обращая внимания на материны сетования, сын Гезы.

– Гляди, как бы она в тебя копьё не метнула, – шутливо заметил Володарь.

Софья Изяславна, не выдержав, властным голосом потребовала:

– Немедля переходите на угорскую молвь, мальчишки вы негодные! Королевна Фелиция не разумеет по-славянски.

А по-угорски баит добре. Экая умница! За три года так выучить неведомый доселе язык! Я токмо лет чрез десять стала всё понимать!

– А что нам?! Мы и по-угорски, и по-латыни. Так ведь, братец? – Коломан с лукавой усмешкой подмигнул Володарю своим единственным видевшим глазом. – Учителя у нас были хорошие – латинские и греческие монахи.