Хроники Червонной Руси

], ударил его копьём, достал до самого сердца.

Братья, хмуро переглядываясь, слушали молча, изредка поддакивали, кивали головами. Младший, Василько, кажется, разделял восторг хозяина, голубые глаза его радостно блестели, двое же старших лишь из вежливости поддерживали беседу.

– Заутре на пир прошу, братья! Меды, вина заморские застоялись в бочках. Яства обильные такожде вас ждут – не дождутся. А как попируем – тамо и на ловы соберёмся, – говорил без умолку Ярополк. – И княгини на ловы с нами поедут, и супруга моя, и мать, и иные тож.

Хотят косуль да белок пострелять, потешиться.

– Гляжу, весёлая у тебя жизнь при дворе волынском, – с лёгкой усмешкой качнул головой Рюрик.

– Яства обильные, меды рекой струятся, ол янтарный из бочек хлещет. Рай – одно слово, – вторил брату Володарь.

Намёки братии Ярополк хорошо понимал. Дескать, мог бы и нам по городку из своих владений выделить. Не много ли тебе одному – Волынь, Червонная Русь[37 - Червонная Русь – область на юго-западе Руси, то же, что Галиция.

Главные города – Перемышль, Теребовля, Свиноград (Звенигород-Червенский).], Забужье, Туров с Пинском, Вышгород? Мы же безудельные, лишь милостью дяди твоего, Всеволода, кормимся. Дядя к тебе добр был, к нам же – не шибко, вот и ходим мы в кафтанах латаных, в постолах[38 - Постолы – обувь на Руси, из кожи или из шкуры с шерстью.] старых да драных. А ведь, как и ты, братец, одного рода княжеского.

Но молчали покуда братья Ростиславичи, не спешили заводить серьёзную толковню[39 - Толковня (др.

-рус.) – разговор.], улыбались натянуто, благодарили за приглашение, за то, что не забывает их Ярополк.

Они сидели в долгом просторном покое в одной из теремных башен. Эту палату с майоликовыми[40 - Майоликовый – изготовленный из обожжённой глины, покрытый глазурью и красками.] щитами на стенах и травчатой муравленой печью князь с дворским отвели троим братьям на время празднеств. В слюдяные окна бил солнечный луч, со двора доносились громкие оклики стражей.

Ростиславичи расположились на лавке у стены, Ярополк же расхаживал по палате, размахивая руками. Наконец, решив, что достаточно уделил своим родичам времени, он заключил:

– Ну, отдыхайте с дороги, братья. Мне, извиняйте уж, недосуг с вами тут. Хлопоты разноличные. Гостей много съехалось.

Лицо его в очередной раз озарила улыбка, он поспешил покинуть двоюродных племянников и исчез в дверях покоя.

Ростиславичи некоторое время сидели молча.