Братья Александр и Николай Первые

Вы, так хорошо знающий природу моей души, не думаете, конечно, что я вслух произнёс угрозу. В конце концов, я буду отомщён: это было твёрдо решено, – но самая твёрдость решения обязывала меня избегать риска. Я должен был не только покарать, но покарать безнаказанно. Обида не отомщена, если мстителя настигает расплата. Она не отомщена и в том случае, если обидчик не узнает, чья рука обрушила на него кару.

Ни словом, ни поступком я не дал Фортунато повода усомниться в моем наилучшем к нему расположении. По-прежнему я улыбался ему в лицо; и он не знал, что теперь я улыбаюсь при мысли о его неминуемой гибели».

Надо ли объяснять, кто в середине 1812 «Счастливчик» и кто – претерпел тысячу обид? Под Аустерлицем, в Тильзите, Эрфурте, Смоленске? Наконец, пощёчина в Москве…

Ходят слухи, что Александр готов был отступать до Волги, Сибири, Камчатки. В то время, кстати, запасным аэродромом могла выступить и Америка. Впрочем, было очевидно, что «дядя шутит». Историки советские, обвешавшись как погонами этими репликами Александра, прикрывали ими маршальские успехи под Сталинградом.

Вопрос, почему Александр не вступил в переговоры с Наполеоном в сентябре 1812, не решён и не решается. Я подчеркну, вопрос ставится не «почему он не заключил мир или перемирие», а «почему не пошёл на переговоры вообще».

Немного об исторических вопросах. Известно, что правильно поставленный вопрос – половина ответа. На вопрос, почему Александр не пошёл на мир можно шелестеть письмами, листать воспоминания и отвечать – как угодно.

Это ничего не даст. Монархи того времени легко заключали и разрывали союзы. И мир и миры рвали. От переговоров же не отказывались, всё время находились на прямой линии.

И в самом деле получается, что как Монтрезор из рассказа По, наше сокровище – обиделось. Вот прямо так и говорят. Про Сталина нет такого: ибо железный человек в сапогах и френче. А нежный Александр оскорбился и затаился в анфиладах Зимнего. И оттуда молчал, так что уши закладывало.

Вообще мировая историография замалчивает самого Александра.

Между тем поступки русского монарха в эпохе начала XIX века – главные. Не вопрос о жизни и отравлении Наполеона, не почему зарезался Каслри, кто упёк короля Георга в психушку, или, допустим, чего ради застрелили Персиваля, а, например, почему русских не было при Ватерлоо

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.