Для кого встаёт солнце. Доблестным предкам посвящается

 – Они – лишь жалкое подобие! Мы правили миром со времён Давида, мы приводили к власти императоров и низвергали их в пыль, мы собрали всё Средиземье в одно целое, заставив гоев идти путём, предначертанным нами, а что совершили эти нахлебники? Веками сидели в своей забытой Господом Согдиане, оседлав Шёлковый путь, а когда одни конные дикари выбили их с насиженного места, то не нашли ничего лучшего, как осесть среди таких же! Единственное, на что хватило ума у этих людей, – подмять кочевников, взяв власть в свои руки.

Большое достижение в малой части почти безлюдной Степи! Ну взяли, ну прирезали себе куски на севере и востоке, оставив своей новой державе прежнее имя – Хазария! Дальше что? А дальше смех: не провластвовав над этим дурачьём и двух столетий, разбежались, завидев перед собой сборище варягов – речных разбойников, которые вне пределов своих рек да лесов и воевать-то толком не умели! Расселились на краю Европы, смешали свою кровь с бежавшими следом рабами-хазарами, а теперь претендуют на братство с нами!

Соломон помолчал, понимая, что на сегодня и так слишком много выложил новой информации на племянника, но всё же решил не останавливаться на сказанном.

– Кстати, – продолжил он, – я ведь заметил, как вы переглядывались с Рахиль за ужином. Что ты думаешь о ней?

– Хорошая девушка! – отвечал Натан потупившись. – И красивая.

Затем он поднял глаза на Соломона и с вдруг нахлынувшей откровенностью признался:

– Мы с ней давно уже дружим.

Признаться, дядя, я не встречал таких, как она!

– Каких? – спросил Соломон с очевидным интересом.

Его внимание польстило юноше, и он, наконец найдя того, перед кем можно было выложить всё накопившееся в душе, с жаром заговорил:

– Если бы ты знал, дядя, какая она умная! Она всё понимает: и то, что я уже успел произнести, и то, что ещё нет! Мы понимаем друг друга с полуслова и полувзгляда! А её глаза, её чёрные, как вороново крыло, волосы и…

Натан смутился, не в силах описать все прелести, которыми в его глазах обладала девушка, и Соломон усмехнулся.

– Понятно … – протянул он неопределённо – Первая любовь!

Мужчина помолчал, подбирая слова, и наконец продолжил:

– Посмотри на меня, дорогой племянник! Я давно уже расстался не только с юностью, но и молодостью, а между тем не женат и не спешу связать свою судьбу с первой встречной!

– Как ты можешь, дядя! – горячо возразил Натан.