Письма к козьему богу. Ковчег

Через десять минут я на приеме. Вид пожилого человека, сухопарого и подвижного, расположил меня к разговору.

Через пять минут стало ясно, что врач-невролог, отправившая меня искать «отделение с вашей болезнью», просто выполнила заказ лобовской поликлиники. Много орет. Права какие-то качает, пора ему в дурдом. А такого отделения не существует в природе.

Она просто избавилась от пациента с запущенной болячкой, поскольку остеохондроз рано или поздно заканчивается инвалидностью. А инвалидность инвалиду за просто так никто не подумает дать.

Уж не псих ли он? Так туда я его и отправлю! Мне бы проявить решительность и сразу уйти после этого, но было уже поздно. Врач, оказавшись во власти профессионального азарта, предложил.

– Давайте я положу вас на пару недель к себе в палату.

– Зачем? – удивляюсь.

– Нервы подлечим. Гимнастику будите делать, – неискренне добавил Валентин Борисович.

Отказываюсь.

– Так вы отказываетесь? Пишите своей рукой отказ от лечения в отделении.

Железным тоном обращается к сестре.

– Дайте форму отказа от лечения.

Дальше меня буквально силой принудили писать отказ от того, чего и не должно было быть в природе. Направление, данное мне в Лобово, гласило о «консультации». Ну и ну – баранки гну! Не успел оглянуться, как уже вяжут по рукам и ногам, запихивая насильно в отделение.

– Написали? Дата, подпись. Вот здесь. Теперь я с вами побеседую.

С этими словами врач раскрывает огромный двойной лист установленной формы и «беседа», без моего малейшего на то согласия и желания, потекла.

– Как вы себя оцениваете? Занижено? Завышено?

– Никак, – отвечаю не задумываясь.

– Как это – никак? – оторопел психиатр.

– Да так – никак.

– И что, вам неинтересно, что о вас думают люди и как они вас оценивают?

– Неинтересно. Все равно.

– Мы первый раз с таким отношением сталкиваемся, – обращается врач к пожилой медсестре, делая круглые глаза.

Медсестра улыбается. «Мы» не то еще слышали.

– Так, где вы родились и когда?

Отвечаю.

– Кто ваши родители?

Ответ.

– Живы ли они на данный момент?

– Мама жива, мы вместе приехали. Отец умер в 1977 году.

Журавлев тотчас вгрызся в раннюю смерть отца. Не суицид ли? Не алкоголик-наркоман, клеем дышащий? А может, на зоне прикончили? Так тут и до выявленного диагноза рукой подать. Предрасположенность – дочь психиатрии.

– Отчего он умер?

– Причина смерти – легочное кровотечение.

И началось.