Лина Костенко

Впрочем, нет, бывали и более высокие сильные мечты: «Всi ми про щось мрiяли у дитинствi. / Хто про iграшку, хто про казковi пригоди. / А я – щоб мати до ранку не збожеволiла. / Вперше казку про Попелюшку я почула на попелищi»[41 - Костенко Лiна. Всi ми про щось мрiяли у дитинствi. URL: https://www.rulit.me/books/lina-kostenko-poeziya-read-410864-38.html].

С этого опаленного огнем детства у Лины осталось еще одно удивительное воспоминание. Пламя над горящими хатами – высокое, создает сумасшедшее завихрение, как то, что позже она увидит над кипарисами, которые так любил изображать Ван Гог[42 - Дзюба Іван, Костенко Лiна, Пахльовська Оксана.

«Гармонiя крiзь тугу дисонансiв…». К.: Либiдь, 2016. С. 155.].

Бiлий Фенiкс, неспалимi риси!

Тiльки – бомба з думкою вiдра

…В пам’ятi вогненнi кипариси

хиляться у сторону Днiпра.

Через два года фронт вернулся к Днепру. И когда он покатился дальше на Запад, на землю ее детства вновь пришли мирные дни. Но нужно было еще выжить, не попасть под железный каток фронта.

«Танки отгрохотали. Мы не знали, выходить ли уже из подвала, или еще не выходить. И вдруг услышали над собой музыку. И не абы какую – аккорды “Лунной сонаты” Бетховена. Я вбежала в дом. В комнате за пианино сидел молодой лейтенант. Это он играл. Я удивленно остановилась. Он повернул голову и улыбнулся»[43 - Дзюба Іван, Костенко Лiна, Пахльовська Оксана. «Гармонiя крiзь тугу дисонансiв…». К.: Либiдь, 2016.

С. 153.].

А где жить? Что там на любимом Трухановом острове? Гармония «Киевской Венеции» развеялась черным дымом. Когда в 1943 году Красная армия возвращалась к Днепру, Гитлер дал команду каждый оборонительный рубеж держать насмерть. А Днепр – река широкая, потому для защитных рубежей – удобная. Готовясь к обороне, немецкое командование решило зачистить Труханов остров, которой мог стать удобным промежуточным плацдармом при штурме Киева. Так 27 сентября 1943 года островной рабочий поселок перестал существовать.

Немцы приказали всем жителем переехать на правый берег Днепра. Нескольких человек, отказавшихся это делать, расстреляли. А опустевший поселок сожгли…

И вот оно – окончание стихотворения про «Киевскую Венецию»:

А потiм бомби влучили у спокiй.

Чорнiли крокв обвугленi трапецii.

А потiм повiнь позмивала попiл

моеi дерев’яноi Венецii[44 - Костенко Лiна. Вибране. К.: Днiпро, 1989. С. 71.].