«Летающий танк». 100 боевых вылетов на Ил-2

Радость моя по поводу завершения учебы оказалась преждевременной. Нам объявили, что школа будет переориентирована на выпуск летчиков-штурмовиков. Бомбардировщиков она больше готовить не будет. Предстояло овладеть новым типом самолета – Ил-2. Ни одного штурмовика в школе пока еще не было. Сколько еще времени придется провести в школе, уже изрядно надоевшей, оставалось только гадать. Тех, кто в нашей эскадрилье закончил обучение на СБ (около тридцати человек), объединили в одну сводную группу, и она сразу же приступила к изучению новой техники.

Новые незнакомые преподаватели без всяких наглядных пособий по своим личным конспектам, как они говорили «всухую», излагали нам материал. О новом штурмовике мы уже не раз слышали. Очень хотелось увидеть сам самолет. Такой случай представился весной 1942 года, когда по какой-то причине один Ил-2 произвел посадку на нашем аэродроме. Никаких данных о новой машине узнать не удалось. Самолет показался грозным. Загорелись желанием полетать на нем. Никак не думал, что скоро мне придется не только летать на этой машине, но и воевать.

Прошло полторы недели. Совсем неожиданно во время занятий в класс вошел старшина эскадрильи Мастихин и с разрешения преподавателя зачитал список курсантов, в числе которых оказался и я. Упомянутым в списке надо было оставить занятия, прибыть в казарму и быть готовыми к построению в 16 часов. Что за построение и с какой целью оно должно проводиться, никто из группы не знал. Предполагали, что на какую-либо работу или охрану какого-нибудь объекта.

В назначенное время на площадке перед входом в казарму после проверки присутствующих в строю представитель штаба школы объявил об отправке всех перечисленных в списке в город Куйбышев в распоряжение командира 1-й запасной авиабригады. Там нас будут готовить к отправке на фронт.

Это сообщение нас обрадовало. Наконец-то мы попадем на фронт. Армия воюет, а мы здесь в школе не столько учимся, сколько работаем на всяких работах и ходим в караул, короче, протираем обмундирование и треплем зря кирзачи.

Все поизносились настолько, что ходить в таком виде было стыдно. Особенно потрепались сапоги. В ремонт их уже не брали. Поэтому с мая мы всей эскадрильей ходили босиком. Летали в тапочках из грубого брезента, специально сшитых для этого женой командира звена капитана Морозова. Тапочки были одного размера, и, чтобы они не соскакивали с ног, она предусмотрительно пришила к ним крепкие толстые тесемки.