Над Нейвой рекою идем эскадроном

Неожиданно для самого себя Федорахин размахнулся, и штык его винтовки с хлюпающим звуком вошёл во что-то мягкое. Выдернув штык и перескочив через убитого им врага, он не оглядываясь устремился вперёд к лесу. Только когда замелькали деревья, он остановился. За ним никто не гнался. Не зная, что делать дальше, молодой красноармеец пошёл назад. Вскоре на опушке леса он вначале услышал голоса, а затем увидел человек семь красноармейцев из своего отряда во главе со Швейцовым. Один из бойцов подталкивал кого-то впереди себя штыком.

Увидев Романа, все обрадовались.

– Ну, ты дал! Так бежал, что мы думали, до Екатеринбурга тебя на дрезине не догоним.

Федорахин огрызнулся:

– Я команду выполнял. Это всё, что осталось от нашего отряда?

– Мы вот пленного взяли, – вместо ответа услышал Роман и только в этот момент увидел, что рука у командира на перевязи.

– А ты молодец, не растерялся! Вовремя свой штык использовал, – продолжал его хвалить пожилой боец.

– Я плохо всё помню, всё происходило, как во сне.

– Ничего… Такое со всеми в первый раз происходит.

Матрос обратился с вопросом к пленному:

– Ты русский офицер?

– Да.

– Какие части, в каком количестве и с каким вооружением на нас наступают? – продолжал допрос Швейцов.

– Я кадровый офицер Русской Императорской армии. Товарищи большевики, или как там у вас обращаются, я на такие вопросы отвечать не намерен!

– Расстрелять гниду!

Пленного поставили к дереву.

– Давай ты! – указал на Романа моряк.

Федорахин поднял винтовку и отпустил дуло вниз.

Нет, не мог он просто так убивать человека связанного, находящегося в его власти, не испытывая к нему никакой злобы. Другое дело в драке, в перестрелке, в бою, но стрелять в человека, только за то, что он офицер и выполняет свой долг, пусть даже на стороне врага… Обо всём этом нужно переговорить с дядей. Как комиссар он должен знать, как поступать в таких делах. К тому же Роман, с ранних лет трудившийся на земле, не испытывал ненависти к офицерам. Ведь, в сущности, он служил с ними в одной армии, когда был в учебном полку. Он был исполнительным, устава не нарушал и в конфликты с командирами не вступал.

– Не могу. Как хотите, я не буду!

Тогда один из красноармейцев, выхватив шашку, зарубил повстанца…

Пешком по шпалам добрались до станции Ункурда[13 - Ункурда – село в Нязепетровском районе. Находится в 40 км к юго-западу от Нязепетровска.], где располагался штаб. Там узнали о гибели командира Бахтина.