Битва за Ориент

Наконец, около девяти часов вечера, раздался телефонный звонок из Генконсульства РФ в Ливии. Звонил оперативный дежурный, который без объяснения причин передал указание руководителя российской дипмиссии – «паковаться в срочном порядке».

На вопросы Дорошина он отвечать отказался, сославшись на то, что ему самому мало, что известно о ситуации, и он всего лишь исполнитель.

Одновременно отключился интернет и начались перебои с телефонной связью.

* * *

По улице вновь промчалась машина с вооружёнными людьми.

– Ну, блин, пусть мне только скажут, что «очаг мятежа ликвидирован» (заявление по государственному каналу ливийского телевидения)и ничего не происходит! – пробурчал недовольный Дорошин. – Тогда как понимать эти ночные манёвры?

Он отошёл от окна и вновь потянул за тесёмки подъёмника. Жалюзи, соединившись, погрузили гостиничный номер в кромешную тьму.

Немного постояв без движения и попривыкнув к темноте, мужчина осторожно двинулся в обратный путь по направлению к своей кровати.

Устраиваясь на просторном, удобном матрасе, он с удовлетворением отметил про себя: «Вот всё-таки что хорошо у арабов, так это их сексодромы! В футбол можно играть!»

* * *

– Как ты думаешь, Борисыч, в Ливии назревает народное восстание? – спросил его за завтраком старший группы заводчиков Михаил Куприянович, человек одного возраста с Дорошиным, успевший ранее дважды побывать в Алжире в командировках, подобных ливийской.

Он считался в своём кругу «бывалым загранработником», засорившим свой лексикон кучей арабских слов и выражений.

Даже значение арабского слова «интифада»[7 - Народное восстание.] было ему известно. Мужчина искренне полагал, что вполне владеет языком местных аборигенов и старался обходиться без услуг переводчика. Довольно часто самонадеятельность Куприяныча приводила к курьёзным случаям, но его это нисколько не смущало.

В самом Алжире и его одноимённой столице так же было неспокойно. Но в основном постреливали на окраинах.

И российские спецы, находясь в стране, на рожон не лезли, по большей части невозмутимо отсиживаясь по гостиницам: солдат спит – служба идёт!

Четверо гражданских хабиров и Дорошин были одни в пустом ресторане современного четырёхзвёздного отеля и не спеша поедали полухолодную пищу: за последнее время разладилось всё и везде. А пищеблок заметно поредел в количественном составе. Исчезла молодёжь, а египетский повар лишился своего помощника.