Битва за Ориент

 – Хотя чему удивляться: по пол-литра на нос без особой закуски!»

Павел покосился на мусорную корзину, стоявшую в углу ванной комнаты, откуда задорно торчало горлышко пустой гранёной бутылки из-под виски, и, тяжко вздохнув, неприязненно обозвал посуду:

– Фу, проклятая!

Плеснув в лицо несколько раз максимально холодной водой (так Дорошин делал всегда, если хотел проснуться) мужчина почувствовал некое облегчение. Но всё же решил принять прохладный душ.

Стоя под бодрящими струями воды, упруго катившимися по нему от макушки до самых ног, Павел, весь покрывшийся мурашками от холода, наконец, стал приходить в себя.

– Эх, где мои семнадцать лет?! – процитировал Дорошин слова из известной песни Владимира Высоцкого, трясясь от озноба и изо всех сил стараясь храбриться, чтобы продлить время добровольной водной экзекуции.

После туалета сборы были недолгими. Мужчина рассовал все мелкие вещицы по карманам куртки, обратив особое внимание при этом на наличие ключей от московской квартиры, паспорта и авиационного билета с открытой датой возвращения в Москву.

«Полмесяца не досидел до конца срока, – прикинул он, рассматривая билет и штамп о прибытии в паспорте, – интересно, какие деньги теперь заплатят за неполную командировку?»

Затем застегнул молнию видавшей виды дорожной сумки, которую таскал за собой во все командировки по стране и за рубежом. Сумка была прочна и удобна, а габариты позволяли не сдавать её в багаж, беря с собою в салон самолёта в качестве ручной клади.

Собственно другого багажа Дорошин с собой никогда и не брал. Вполне хватало сумки, в которую бросалось лишь самое необходимое: часы, трусы и пончик. Так в шутливой манере называл свои недолгие сборы в бесконечные командировки Павел, к которым так привык за долгие годы скитаний.

Напоследок мужчина окинул взглядом комнату, в которой прожил более месяца. Жалюзи на окнах были подняты, и через слегка затенённое стекло буйным жёлтым снопом вламывалось, щедро грея тёплыми лучами, утреннее солнце.

«Через месяц-полтора будет совсем тепло и откроется пляжный сезон, – подумал Дорошин, – жаль, что покупаться в море не получилось! Ну что ж, прощай моё прибежище! Не поминай лихом, если что не так!» – мысленно попрощался с гостиничным номером Павел.

Затем он подхватил свою поклажу и решительным шагом пошёл не оборачиваясь к выходу.