Как изгибали сталь. Путевые записки офицера

Прослужил человек в армии лет двадцать-тридцать, должностей, подлежащих награждению государственными наградами, не занимал, честно исполнял свой долг, не был ранен, амбразуру дота собой не закрывал, самолётов не сбивал, а надел на праздник свой мундир и:

«На груди его могучей,

Болтаясь в несколько рядов,

Одна медаль висела кучей,

И та за выслугу годов».

Сейчас, правда, медали в форме государственных наград стали выпускаться всеми организациями, у которых есть деньги, даже какое-нибудь жилищно-коммунальное управление (ЖКУ) может выпустить медаль в связи с пятой годовщиной образования ЖКУ на пятиугольной колодочке государственного образца с цветной орденской лентой.

Недостаток того, что упустило государство, с лихвой восполняют предприниматели. На то они и предприниматели, чтобы предпринимать действия по заполнению пустующих ниш для получения прибыли. И в разворотливости им не откажешь. Сейчас в привокзальных киосках можно купить столько «наград», что диву даёшься изобретательности изготовителей знаков и значков по всем поводам воинской службы в любом роде войск.

Иногда посмотришь на иконостасы ветеранов и действующих офицеров и поражаешься тому, что рядом со знаками отличия, утверждёнными государством, висят медали, изготовленные по заказу коммунистической партии, постоянно действующего Верховного Совета СССР под руководством госпожи Умалатовой, Советов ветеранов различной тематики и прочее, и прочее. Ордена адмирала Кузнецова, генсека и председателя КГБ Андропова, председателя ВЧК Дзержинского, медали и ордена российских императоров…

В тысяча девятьсот пятьдесят пятом году в возрасте пяти лет я попал под машину и сломал ногу.

Бежала ватага ребят по узенькому тротуару и при проезде мимо нас автомашины несколько человек столкнулись друг о друга. По одному из законов Исаака Ньютона меня отбросило к заднему колесу машины. Двойное сальто, и я лежу на асфальте. Открываю глаза, водитель выходит из кабины.

– Ну, – думаю, – сейчас влетит.

Встаю, делаю два шага и падаю.

Остальное всё в темноте. Но я отвечал на все вопросы и защитил дяденьку-шофёра, который меня видеть никак не мог. Потом он приходил ко мне в больницу вместе со своей семьёй, а я никак не мог понять, чьи это родственники приходили меня проведать.

Лечили меня в маленькой поселковой больничке на крутом берегу реки. Часто мама моя со мной сидела и что-нибудь рассказывала. По тем временам она была образованным человеком с семью классами образования.