Унесённые ветром. Жизнь до и после

Зафиксировано много случаев, закончившихся летальным исходом. В одном из городов южного штата при тридцати тысячах населения зарегистрировано десять тысяч заболевших.

Профессор И. Э. Грир предупреждает наших читателей, что симптомы у «испанки» те же, что и у обычной простуды: ощущаются головная боль и боль в спине, повышается температура, появляются озноб, насморк и кашель».

Власти штатов отдавали распоряжение закрывать не только увеселительные заведения и рестораны, но и церкви, школы, детские сады.

Кондуктор запрещает вход пассажиру без маски в Сиэтле. Госпиталь для больных «испанкой» в Канзасе.

США, 1918 г.

В то же время население умоляли не расходовать почём зря лимоны. С тех пор, как кто-то из медиков объявил во всеуслышание, что лучшее средство от «испанки» – лимонад, и все начали бочками употреблять этот напиток в горячем виде, цитрусовые в магазинах и на рынках стали большой редкостью.

«Если вы здоровы, оставьте цитрусовые тем, кто в этом действительно нуждается», – были вынуждены просить теперь публику медики и газетчики.

Лимоны предлагали заменить сырым луком – есть его во время обеда и ужина.

«Миллион случаев за две недели», «Медики признают, что не знают, как справляться с напастью, поскольку этот вопрос не был до конца изучен», «Мы с пониманием относимся к тому, что учителя, театральные работники и все, чья деятельность непосредственно связана со взаимодействием с большим количеством людей, оказались не у дел.

Будем благоразумны. Это временное неудобство и мы должны приложить все усилия для того, чтобы эпидемия сошла на нет».

Маргарет читала новости подобного толка с величайшим интересом. Они были глотком свежего воздуха, настоящей жизнью, от которой их – студенток – прятали, как тепличные растения. Девушке хватило нескольких месяцев обучения для того, чтобы осознать, что с выбором учебного заведения, как и с выбором профессии – а близкие убедили Пегги, что из неё мог бы выйти превосходный психиатр- она поторопилась.

Огорчало и ещё одно обстоятельство: ей совершенно не повезло с однокурсницами.

Кутаясь по вечерам в одеяло, Маргарет грустно размышляла про себя о том, что эти особы намеренно сторонятся её, если же вдруг заговорят, ведут себя с надменностью цапель. При малейшей же возможности и вовсе делают вид, что Пегги здесь нет. Такая неприязнь, очевидно, была следствием зависти.