Жизнь и тайны мистера Хефнера

Со снимка улыбалась Нью-Йоркская модель Бетти Пейдж[21 - Бетти Пейдж – американская фотомодель, снимавшаяся в 1950–1957 годах в таких стилях, как эротика, фетиш и пинап. Во второй половине 1950-х поднялась в США до уровня секс-символа и, как считается, стала предтечей сексуальной революции 1960-х.] в колпачке Санты.

«Не прошло и года, как Хью перезвонил мне и предложил за работу сто долларов, – вспоминала Йеджер. – Журнал тогда только становился на рельсы и гонорары были скромные».

Распахнув однажды дверь редакции, Банни задержалась здесь надолго. Работая моделью, она позировала Хью. Работая фотографом, она проявляла чудеса дипломатии.

«Как женщине и модели мне было проще, чем мужчинам уговорить девушек снять с себя одежду и расслабиться. Я находила «подружек» на автобусных остановках, в парках и кафе. Первое, на что обращала внимание – лица. Они должны были быть выразительными. Что до недостатков фигуры, можно было что-нибудь придумать потом, в студии.

Подходя к девушкам, я представлялась фотографом, оставляла им свою визитку, предлагала подумать над предложением сделать несколько снимков, а в случае положительного решения перезвонить. Так я нашла девятнадцатилетнюю Лизу Уинтерс – с ней мы встретились на автобусной остановке. Она стала первой «подружкой» журнала 1957 года».

Шло время. Публикация в Playboy стала счастливым билетом в мир, о котором многие могли только мечтать.

«Подружек» Хефнера начали приглашать сниматься в рекламе и кино, росли их гонорары, появлялись состоятельные поклонники.

Отныне не Playboy искал девушек. Отныне девушки искали расположения журнала.

«Фотографий становилось все больше, – вспоминал Хью. – Они валялись на полу и на столе. В качестве рабочей поверхности пришлось использовать ковер. Мы с карикатуристами и художниками совещались, стоя на этом ковре на коленях».

Большая стопка секс-журналов

Еще в юности читая Кинси, и осознавая, что представляет из себя предложенная ему и его соотечественникам хваленая свобода, выстраивающий карьеру издателя и редактора Хью познал все «прелести» условностей, правивших бал в Америке пятидесятых годов. Одной из таких условностей был запрет на пересылку каких-либо товаров эротического характера.