Птичка польку танцевала

Открыв её, неловкими пьяными движениями перебрал запасные иглы.

– Ладно, потом! – папа захлопнул коробочку и завёл граммофон по новой. На этот раз не заело.

Не щекочи голубчик,

Меня не раздражай!

Ты, миленький амурчик,

Почаще приезжай!

Анечка начала танцевать, заламывая руки и кокетничая. Ей хотелось быть похожей на взрослую артистку. Она была такой крошечной, такой деликатно сложенной, с большими глазами и каштановыми локонами, спускавшимися до самой талии, с маленьким вздёрнутым носом и прекрасным цветом лица.

Отец сидел, расслабленно помахивая ногой в лакированном ботинке, и с хмельной улыбкой смотрел на дочку.

– Запомните мои слова – эта барышня будет королевой сцены!

Он наконец заметил, что жена собирает на стол.

– Не надо, дорогуша, я совсем не голоден.

– Почему? – поджав губы, женщина замерла над столом.

– Поужинал в ресторане.

– Опять празтник? – ревниво спросила она.

– Ну да. Отмечали… Одна удачная гастроль закончилась, завтра другая начинается.

– Опять со своими тамочки?

– Зачем ты так? Эти дамы – тонкие ценительницы искусств и таланта.

– А мы с Анхен только ждать? – в её покрасневшем от обиды лице проступило что-то кроличье.

Анечка слушала их, испуганно присев перед граммофоном. Песенка закончилась, но пластинка всё крутилась, издавая слабый шум, словно кто-то маленький отбивал на ней неторопливую однообразную чечётку своими крошечными ботиночками.

Отец закатил глаза – ну вот, началось! А ведь он явился домой в прекрасном настроении.

До чего надоели эти скандалы.

– Ну что ты опять, право дело… Ну нельзя артисту без гастролей. Гастрольная жизнь нелегка, ты должна это понимать. Или, может, я чего-то не знаю? Может, у нас под окном выросло волшебное дерево, на котором висят банкноты?

Женщина опустила глаза. Когда разговор заходил о деньгах, ей нечего было возразить. Покорности и расчётливости она научилась у своей немецкой матери.

Молча убрав нетронутую еду, она подошла к окну. Из черноты на неё посмотрело отражение – некрасивая тётка с толстой шеей.

Она нелюбимая, скучная и никому не нужная – как те бабушки в чёрных платьях, которых водят на прогулку вокруг Сулимовской богадельни.

Её золотая сказка на серебряном экране закончилась, едва начавшись. И не выросло под окном никакое волшебное дерево, лишь старая липа стоит с пустым вороньим гнездом. В марте там выводила потомство ворона, из-под её крыльев высовывали свои голодные клювики воронята.