Дневник студентки, или Здравствуй, Владивосток!

И в то же время я вижу, что другим ещё более тяжко. Всех гоняет! Но я-то стараюсь, честно-честно! И, хоть боюсь О.П., но она мне нравится, такая эффектная, одетая всегда, как современная королева на встрече с министрами… Всегда строгая юбка до колен или платье. На шее какое-нибудь ожерелье из камней, причёска – деловая, волосы тщательно зачёсаны назад и собраны в аккуратную шишку на затылке. Немолода, но элегантна и прекрасно держится в туфлях на высоких каблуках. И, кажется, такой будет вечно. И тем обиднее быть двоечником на её уроках.

Это что ж за растяпство такое в моей жизни?..

05.11.94

Ну что ж, съесть порцию мороженого, и прочь из этого города до 8 ноября!

09.11.94

Совсем не зря я съездила домой. Да и вообще можно ли зря приехать домой, где тебя ждут?

Мы с папой ходили на рынок, хотели найти мне чёрные брюки, наподобие, как у Анютки, но нигде таких не нашли. Зато повеселились! Ходим, ходим, видим: женщина в роскошной шубе сидит на ящике от бутылок и продаёт нечто, запакованное в блестящую коробку с надписью:

80000

тисич

Папа сказал вслух: «Странно, не «тысяч», а «тисич»! А женщина на него оскорблённо посмотрела.

Пошли дальше. Подходим к прилавку, за которым сидел старик и продавал детские перчатки с рожицами на каждом пальце. Папа и говорит мне: «Смотри, Оля, на каждом пальце по морде!» Дед рассмеялся. Дальше подошли к бабке, продававшей панталоны и прочее бельё, и папа мне сказал: «Оль, а может тебе ТАКИЕ штанишки купить?» Бабка-то думала, он серьёзно, начала нахваливать свой товар. Мы потащились к другому прилавку, там пацан из нашей школы продавал зелёные тетради, с зелёными листами даже! Папа прокомментировал: «Ну надо же, какие зелёные тетради! Это ж глаза полопаются, если писать в таких!» Дальше мы увидели какие-то широкие штаны, и папа сказал: «Смотри, какие штанцы – ветер дунет, и улетишь!»

Вот так мы сходили на базар.

Папа упорно ведёт разговоры о Дениске. Это нельзя слушать равнодушно. Я таю, таю, таю… И вот уже моя голова полна мыслями о нём, а вовсе не о Стасе.

Ай, зачем была дискотека 10 сентября? Что же теперь делать со Стасом? Надеяться на то, что вскоре он сам забудет меня, забудет всё, что было, эдак втихушку? И не надо будет объясняться, и вздыхать, и чего-то мямлить. Да и как такое объяснить? Решила, мол, вернуться к любимому, который и не любил никогда и лишь снился, снился, снился. Покрутит пальцем у виска скорее всего… Прости мне, Стас, бездумное возвращение к Д.