Потерянные судьбы. Роман

Но Мишка так и не выплыл. Никто из ребят не полез в воду спасать друга, испугались.

***

– Мы не виноваты! – психанул Витька, сощурив глаза. – Никто не виноват! Понятно?

Глашка молча развернулась и пошла в сторону дома, где её ждали неприятные новости.

В хате Трофимовых разгорелся жуткий скандал. Закрывая за собой дверь, Глаша тихонечко вошла в кухню и спряталась за печкой.

– Я ей всей космы повыдергаю, – кричала мать Глашки. – Я её, падлюку такую, со свету сживу…

Девочка зажмурилась и закрыла ладошками уши: «Усё, мне попадёт, чичас лупить будут или, того хуже, прибьют»…

– Стешка, угомонись! Угомонись! – успокаивал жену Порфирий.

– Курва! – металась по комнате мама Глаши и что-то рвала, судя по звукам, исходящим из комнаты. – Пущай тока она попадётся мне на глаза!

У Глашки тряслись коленки от страха. Что теперь делать? Заходить в комнату страшно. На улицу? А дальше что?

– Ты чаво здеся? – где-то рядом послышался голос матери. – Оглохла аль не? Я кому гутарю?

Девочка открыла глаза, перед ней стояла мать с раскрасневшимися щеками.

– Мамочка, я больше так не буду, – еле слышно произнесла Глаша, роняя слёзы.

– Шо опять сотворила? Признавайся! – Стеша сложила руки на груди и сжала челюсти.

– Я… я…

– Шо ты? Ну?!

– Я сказала, чё Вовка… – девчонка глотала слёзы и сопела носом, пытаясь выдавить из себя хоть слово.

– А-а, утоп, шо ли? Знаю я ужо об ентом случае. Видала, як[21 - как] Манька гнала сваво[22 - своего] домой.

– Ты не будешь мне космы драть? – Глаша перестала плакать.

– А тебе-то за шо? Енто ж не ты с Тамаркой Гориной по сеновалам… – Стеша тут же замолчала и со злостью посмотрела на мужа. – Иди погуляй, донюшка. А я тута пока с папкой твоим погутарю…

Довольная девочка выбежала на улицу и отправилась к Нюське. Добежав до мазанки семьи Грищенко, тихонечко отворила калитку и огляделась. Убедившись, что тёти Маши нет поблизости, перебежала через огород и прямиком направилась на поляну, где дети обычно собирались после купания в реке.

– Пришла, вруниха, – Сашка, завидев приближающуюся Трофимову, предупредил всю компанию.

– И ничого[23 - ничего] не вруниха… – радостная Глашка присаживалась рядом с Нюсей.

– До дому надобно собираться, – вздохнула Нюська и встала, поправляя помявшийся сарафан.

– Подожди, – потянула за подол подружку Трофимова. – Спросить чё хочу…

Нюся опять присела на траву.

– Дома мамка ругалася на батьку.