Сельцо Дивово. Историко-краеведческий очерк

(Шастун-бездельник, праздный человек). До сих пор в обиходе употребляется слово шастать, а великим он видимо был в силу своего не малого роста. От кого и к кому шастал Василий Васильевич, что его так прозвали, сказать теперь уже трудно, то ли от князя к князю перебегал, то ли от боярыни к боярыне валандался.

Но только известно, что нашастал Василий Васильевич Шастун за свою жизнь восемь сыновей и одну дочь. Но вотчину московскую, волость Кинельскую, самую лакомую землицу, передал во владение старшему Петеньке. Петру Васильевичу, тоже Великому и уже по батюшке Шастунову, крепко прозваньице приклеилось, по наследству вместе с вотчиной досталось и в фамилию изродилось.

У того Петра был сын Андрей, а у Андрейки трое сыновей. У двоих видимо были проблемы с речью, потому как одного прозвали Немой, второго Гагой, что в прежние времена было дразнилкой заикающегося человека, а третий надо полагать подался в мистику и прозван был шаманом. Вообще такие звучные прозвища. Вам это ни чего не напоминает? Немой, Косой, Шаман, Гага, Шастун….

Совсем как современная братва. Хотя у нас и сейчас князья уделы делят. Семь столетий прошло, ни чего не меняется на Руси матушке… Ну поехали далее….

Немой и Шаман были бездетными. А вот от Василья Андреевича Гаги пошел княжеский род Велико Гагиных, который и владел Кинельской волостью, пока не пресекся в 1722 году, со смертью последнего наследника, утонувшего во время купания, не старым еще и не успевшим оставить потомства. (князь Николай Иванович Великогагин (1716, -1722))

княжеское облачение 17 века

Между тем, владел сей славный род означенной выше волостью, почти три столетия.

Верно служа своему отечеству и находясь в непомерной близости к царствующему дому вплоть до правления Петра Великого. Судя по прозвищам в те времена много великих людей было и ростом и делами. Были в роду и бояре и окольничьи и стольники и воины, храбро павшие на полях сражений.

Князья Щербатовы

После внезапной трагической гибели восьмилетнего князя Николая Ивановича Великогагина, и за не имением других наследников, по смерти матери Прасковьи Петровны Вердеревской имение перешло в казну.

А во времена императрицы Елизаветы, разделено было между любимцем императрицы генерал-аншефом, камердинером императрицы, Василием Ивановичем Чулковым и статским советником, князем Федором Андреевичем Щербатовым.

Именно Ф. А. Щербатов и стал владельцем д. Дивово и еще ряда прилегающих к ней селений.