Бердяев

Чулков, Булгаков, Бердяев заняли в этом вопросе общую позицию, то есть, с точки зрения Мережковских, редакция окончательно вышла из повиновения. По сути, это был бунт против «литературных генералов»[124 - Так назвал Мережковских в своих воспоминаниях Г. И. Чулков.]. Тогда Зинаида Николаевна и Дмитрий Сергеевич демонстративно вышли из состава редакции и потребовали закрытия журнала. В конце концов, было принято решение, что «Новый путь» станет «Вопросами жизни» – именно на такое издание удалось получить разрешение Бердяеву с Булгаковым еще в Киеве.

Деньги на новый журнал великодушно и бескорыстно дал Д. Е. Жуковский, который издавал философские книги, – многие за свой счет. Политический и философский отделы были в руках Булгакова и Бердяева, отдел беллетристики, поэзии и критики возглавил Г. И. Чулков. Георгий Иванович, который стал своего рода «соединителем» двух журналов, так оценил произошедшие перемены: ««Вопросы жизни» не были тем боевым, своеобразным и нарушавшим все интеллигентские традиции журналом, каким был «Новый путь», но зато новый журнал был солиднее, умнее, убедительнее, внушительнее своего неосторожного предшественника»[125 - Чулков Г.  И. «Вопросы жизни».// Чулков Г. И. Годы странствий. – М.: 1930. С. 66.]. Сам Чулков солиднее не стал: А. Белый с улыбкой вспоминал, что Георгий Иванович «бросался на все точки зрения; и – через них перемахивал; но от этих спортивных занятий прихрамывал он то на правую, то на левую ногу»[126 - Белый А.  Между двух революций. Воспоминания. В 3-х кН. Кн. 3. – М.: Худож. лит., 1990. С. 59.]. Он так описывал Чулкова времен «Вопросов жизни»: «…дверь распахнулась – влетел Чулков с дыбом взбитыми волосами, – худой, впалогрудый и бледный, поднявши сквозняк; резолюции, протоколы, бумажки, взвитые, уносятся в вентилятор; …«несется» он с пачкой листков, иль размноженного протеста, торчащего из его фалды с платком носовым;… Георгий Иванович басит трубно: в нос; а клок волос пляшет… Он всегда оголтелый: и это – от всех преодоленных позиций; недоуменье в его широко открытых глазах; рот – полуоткрыт: через что перемахивать, когда все уже вымахано?»[127 - Белый А.  Между двух революций. Воспоминания. В 3-х кН. Кн. 3. – М.: Худож. лит., 1990. С. 59.] Андрей Белый с симпатией описывал героическую попытку Георгия Ивановича «вздуть пламя из еле тлеющего пепелища «Вопросов жизни»[128 - Там же. С. 60.