Слишком поздно для «прости»

– Те самые, из Ньюарка?! Давно же их не бы… Оу… Кёртис, ты что, опять лестницу целовал? – если сегодня все будут так реагировать на его внешний вид, к вечеру Майкл точно почувствует себя чудовищем Франкенштейна. Хотя, зачем ждать вечера?

– Мороженное будешь? – хмуро качнув спасительной жестянкой в сторону собеседника, Кёртис, естественно, пропускает заветные три секунды – паузу для Риверы больше, чем достаточную…

– А вообще хорошо, что ты здесь… У меня к тебе дело…

– Ключи не дам.

– Хэй! В этот раз все серьёзно! – не нужно быть другом Коннора, чтобы слышать эту фразу как минимум два раза в неделю. – Это кузина Бена Риччи, и моя голова точно потяжелеет на пару пуль, если он узнает. Но тем вкуснее куш! А теперь представь, что я веду её в номера Умберто… Да это оскорбление, Майкл! Другое дело – семейное гнёздышко на Ист-Ривер…

– А Джейн ты куда денешь?

– У неё сегодня свидание с занозой Фином, раньше двух не вернется… «Каково это – быть доставщиком льда», а?

За резким прыжком бровей – новая волна боли, но Коннору этого мало.

– Специально выбрала вечер, когда ты играешь. Очень просила тебе не говорить.

– Чего не говорить? – внезапное возвращение Джейн даже не прервало буйную речь оратора; ему и вдох не понадобился, чтобы спуститься на полтона в призывно-хрипловатом «Привет, красотка… Новая прическа? Я уже говорил, что эта прядь за ушком придаёт тебе особый шарм?».

– Ключи не дам! Лучше помоги уговорить этого упрямца носить с собой трость. Мне он, конечно, до смерти надоел, но как-то уже привыкла, что ли…

– Трость? Майклу?! Нет, не годится…

Кивок. Пять отличий между модным аксессуаром и палкой калеки несложно найти даже Ривере, а пока собеседники седлают любимую тему, объект обсуждения, неловко покопошившись в кармане брюк, выуживает сигарету и с осторожностью ювелира приспосабливает её к уцелевшему уголку губ.

Не успел он вернуть пачку на место, как услышал щелчок стального колёсика у самого лица – услужливый поганец Коннор и его новая австрийская зажигалка давали пьесу братской любви, рассчитанную на Джейн.

– Может, тебе собаку завести? Или ребёнка!

Крепкий вдох табака несёт в грудь до тошноты горькую терпкость. Майкл задумывается о том, что секунду назад прижимал к щеке джелато, а не лёд.