Александр и Таис. История одной любви. Книга первая. Том 1

Откуда она знает, что он любит? Царь ел и с непониманием и возрастающим удивлением слушал ее речи о чудесном утре, стаде диковинных коз, встреченных ею по дороге, непривычных напевах пастушьей свирели. Таис застала его врасплох, сбила с толку, и он с некоторой задержкой настраивался на нее. «Странные все-таки женщины, кто их поймет,» – мельком пронеслось в голове. Да только сам он как раз любил все странное и непонятное.

– А вот мой маленький подарок, стихотворение про кузнечика. Не обессудь – неумело, но от души.

 – Таис прокашлялась и начала читать свои стихи:

«О счастливец, о кузнечик,

На деревьях на высоких

Каплею воды напьешься

И, как царь, ты распеваешь.

Все твое, на что не взглянешь,

что в лесах растет зеленых.

Ты приятен Аполлону:

Дар его – твой звонкий голос».

(Из анакреоники)

Она читала поначалу смущаясь, отводя глаза, а закончив, облегченно улыбнулась. Александр же застыл с распахнутыми глазами, теперь совершенно охваченный умилением. Какая война, какой Милет? Чудная тишина летнего полудня: слышно, как падают желуди и снуют жуки в мураве.

– Что это? – он изумленно улыбался.

– Я – дарю – тебе – эти – стихи…

Александр закрыл рукой лицо и рассмеялся, растроганный всей ситуацией.

– Ты ненормальная… – проговорил он, усмехаясь и качая головой.

– Ты считаешь мою жизнь смешной?

Александр понял глубину вопроса. Он вспомнил, как увидел ее впервые 4 года назад под Афинами, на берегу маленькой бухточки, поющую и кувыркающуюся на волнах.

И то, что первой мыслью его тогда было: я хочу знать, как она живет!..

– Нет, что ты, нет, я не считаю ее смешной, – он замотал головой.

– Я только хотела тебя порадовать. Я думала, ты обрадуешься, – Таис опустила глаза, и ее ресницы дрогнули.

И тут произошло что-то невероятное. Он порывисто прижал ее к себе и поцеловал в губы так, что казалось, сознание взорвалось и покинуло ее. Оно действительно покинуло ее: Таис застонала и перешла в какой-то другой мир, где было… блаженно.

Так хорошо, что нет слов в человеческом языке, чтобы описать для непосвященных хотя бы приблизительно то святое блаженство…

Александр встряхнул ее за плечи. Он боялся встретить ее взгляд, когда она откроет глаза.

Когда она, наконец, подняла ресницы, он улыбался… как всегда.

– Мне еще никто не дарил таких стихов, спасибо. Посвящали там всякое про меня, какой я хороший, но это все вранье, подхалимство, лесть. Не в счет. Спасибо, я очень рад, очень.