Гаухаршад

Табунщик почесал затылок, сдвинул на лоб войлочную шапку:

– Не могу, господин, косяк принадлежит моему хозяину Тук-баю. Дом его на главной улице. – Старик указал кнутовищем в сторону аула.

– Мы спешим, уважаемый, – теряя терпение, угрожающе процедил юзбаши.

– Ничем не могу помочь, господин, – растерянно развёл руками табунщик. – Тук-бай снимет мне голову, если продам коней без его ведома.

Кочевник ощерился, быстрым взглядом окинул косяк. В нём по большей части были кобылицы, но среди молодых жеребцов он приметил аргамака.

Статный красавец с длинной стройной шеей и шелковистым блеском короткой шерсти был необыкновенно хорош. Под кожей его перекатывались плотные мышцы, а стройные, тонкие, как у изюбра, ноги грациозно переступали по траве. Хыяли и спрашивать не стал у старика, метким глазом степняка, всю жизнь имевшего дело с лошадьми, оценил: этот жеребец стоил дорого, за такого одного можно отдать косяк. Подобравшись в седле, юзбаши не сводил глаз с аргамака:

– Продай этого!

– Что вы, господин! – Табунщик замахал руками.

 – Это же любимый скакун моего хозяина. Так уж и быть отдам свою лошадку, она неказиста с виду, но выносливей любого аргамака.

Старик, ухватив за поводья, подвёл низенькую коренастую лошадь с косматой гривой.

– И ещё одну дам из косяка, такую же, как моя Пегая. – Табунщик умоляюще заглядывал в глаза сурового всадника. На юношу, который был рядом, не обращал внимания. По всему было видно, кто здесь старший и от кого исходила опасность.

Хыяли с трудом отвёл взгляд от аргамака. Старик прав, такого красавца жаль загнать, уходя от погони. А эти коренастые степные лошадки как раз то, что им нужно с Геворгом.

– Хорошо, пусть будет по-твоему. – Хыяли бросил табунщику монеты. – И поспеши, оседлай вторую лошадь.

Через несколько минут непрошеные гости помчались своей дорогой, а старик упал на колени, предавшись молитве.

«Завтра же попрошу дать мне в помощь кого-нибудь помоложе, – подумал он в сердцах. – Где это видано оставлять такого красавца без присмотра, мало ли лихих башибузуков бродит в округе».

Но не прошло и часа, как на дороге в облаках пыли появились новые всадники. Их разгорячённые кони хрипели, ворочали головами в натянутых поводьях.

– Эй, старик! – крикнул важный господин в богатом кафтане, перетянутом серебряным поясом. – Кто-нибудь проезжал здесь сегодня утром?

– Да, уважаемый, – с поклоном отвечал табунщик, – ещё на рассвете проехали двое.