Чёртово племя

 – Царица Небесная, что же делать теперь… бесы дитя одолели, как мою прабабку, душу его загубить хотят. Мишка, Минюшка, ты забудь, не надо вещи глазами двигать, разве рук у тебя нет?

Минька почесал затылок.

– А почему забыть?

– Бог такую силу не даёт, это дьявол с тобой играет, всё от него, лукавого. Господи, грех-то какой! Молись, Минюшка, как я тебя учила, чтобы избавил тебя Христос от такой напасти.

Минька стал молиться, но то ли недостаточно усердно, то ли на небесах не слышали его, потому что «напасть» лишь росла.

Когда матери не было дома, Воробей пробовал двигать, или торкать, как он говорил, прялку, тяжёлую скамью, кровать… Иногда подсоблял себе, взмахивая руками, и получалось ещё лучше. Он никак не мог взять в толк: ну что в этом скверного? Вреда нет, одна сплошная польза. Минька и сам убедился в этом, когда играл с ребятами в козны. Его лёгкая битка летела точно в цель и выбивала гнёзда одно за другим. Ребята отчаянно завидовали, а довольный Минька набивал мешочек бабками.

Васька посмотрел исподлобья.

– Ты битку торкаешь? – спросил он хмуро.

– С такой разве гнездо выбьешь? Она лёгкая, не то что свинчатки у других ребят.

– Хоть бы и мне розочек торкнул… друг называется.

Миньке стало неловко: про Ваську он не вспомнил. В самом деле, какой он друг после этого?

– В другой раз беспременно торкну. Выиграем мы с тобой все бабки у ребят.

Васька заулыбался, размяк. Собрать бабки у мальчишек всего большого села – это хорошо.

– Ещё как выиграем. Надо мамке сказать, чтобы мешочек новый сшила, бабки складывать.

– Постой, так с нами никто водиться не станет, коли мы завсегда выигрывать начнём, а другие – ни разочка, – сообразил Минька, – надо понемногу.

Он был очень доволен собой и не понимал, почему мамка бранит его, заставляет каяться, запрещает торкать вещи и, упаси бог, говорить об этом мальчишкам.

Ох, послушаться бы Миньке матери, а он не утерпел-таки и похвалился ребятам, когда они всей ватагой пошли купаться на Сакмару. Сначала долго плескались в тёплой воде, затем стали кидать с берега плоские камешки – запускать жабок.

Лучше всех запускал жабок Андрейка Овчинников: он крепко сжимал двумя пальцами гальку и, размахнувшись, с уханьем кидал её в воду. Его камень подпрыгивал четыре, а то и пять раз, и Андрейка страшно задавался и снисходительно учил ребят, как правильно запускать жабок.

– Вот так сжимаешь, встаёшь боком, размахиваешься и… ух!

Миньке захотелось утереть Андрейке нос.