Ибо крепка, как смерть, любовь… или В бизоновых травах прерий

…Зеленая, зеленая трава казалась нестерпимо яркой в свете солнца и была зеленее, чем всегда. Все было предрешено. Это было невозможно. Но эта жестокая тоска, плеснувшая в душу, свидетельствовала сама за себя. Его кровь прольется сейчас на эту бизонову траву, и пустой чубарый мустанг уйдет в прерию, и все двинется дальше своею чередою… Но он сам, он, которому так жалко было сейчас этой зеленой травы и этого земного пути, примет ли Господь его душу? Если праведник едва спасается, то что тогда он? «По велицей милости Твоей…», – лишь только и успел он вспомнить, произнести где-то в своем сердце.

И словно остановилось время в сиянии на солнце занесенной стали.

Но один из индейцев останавливает руку своего товарища.

V

Текамсех Крепкая Пантера сам не знал, как он успел вспомнить, понять, кто перед ним, и остановить роковой нож. Потому что он сам до последнего мгновения видел перед собой лишь врага, но когда светлоголовый капитан отступил на край откоса и спокойно вскинул голову, в его памяти вдруг всплыла давняя картинка из детства.

Ему двенадцать зим и весен, и он возвращается в родной поселок из вылазки по чаще, неожиданно его внимание привлекает шум где-то на окраине стойбища, и он спешит уже на него. Ватага его младших товарищей обступила невесть как оказавшегося здесь чужого американского мальчугана. В короткой потасовке тот чудом вырывается из цепких и безжалостных рук Сколкза, самого сильного и беспощадного из собравшихся вокруг него враждебных ровесников, но бежать некуда, спереди враги и за спиной река.

Светлоголовый малыш отступает назад и вскидывает голову, и спокойно смотрит перед собой. И лишь его серо-голубые глаза наполняет безмолвная щемящая боль…

Текамсех расталкивает младших друзей и обхватывает яростного Сколкза. Сколкз подчиняется ему, как старшему, но остается непримирим.

– Это Маленький Белый Волк, и его надо убить. Потому что когда он вырастет, он придет убивать нас.

– В мирное время никого нельзя убивать без суда и совета старейшин, – напоминает ему Текамсех. – И потом, ты сам сказал, что он всего лишь Маленький Белый Волк, не вздумай его больше трогать, если хочешь стать великим вождем. Великие воины никогда не трогают и не обижают детей и женщин.

Сколкз отходит в сторону.