Взрослея с детьми

Потом лежала и думала: «Не чувствуют пока границ мои детки. Столько лет я не показывала их, потому что сама не знала, что это такое и как вообще можно попросить своих родных оставить тебя одну? Для меня это всегда было признаком истеричного и скандального характера. А все потому, что окружающие меня люди никогда не просили такого, лишь дойдя до истерики, могли уйти, хлопнув дверью. И только тогда становилось понятно, что человека лучше было оставить в покое. Я и сама, когда мне было плохо, уходила гулять на улицу одна, чтобы прийти в себя.

А теперь я учусь выстраивать границы в доме. Пусть пока не сразу получается, но дорогу осилит идущий, и со временем все у нас получится».

Книжный клуб.

1 октября 2018

Суббота. Проснулась. На душе неприятное чувство. Приснился сон, что ко мне вернулся бывший муж, мы лежим с ним на диване, и с нами его мама и его собака. Я лежу, мне неудобно, но я боюсь пошевелиться, чтобы никого не потревожить.

От этого сна ко мне пришло давно забытое ощущение, которое раньше я считала нормальным, а теперь оно меня бесит – ощущение, что я должна быть удобной и хорошей для всех: для мужа, для его матери, даже для его собаки, а еще должна быть хорошей для всей их родни.

Быть хорошей – значит варить, готовить, делать ремонт, устраивать праздники, растить детей и быть за все благодарной.

Я начинаю описывать в дневнике этот неприятный сон, свои чувства, связанные с ним, накатившее отчаяние и нежелание что-либо делать.

Ведь мне сегодня предстоит сходить с детьми на «Книжный клуб» – трехчасовое занятие, где собираются 7–10 человек, чтобы прочитать свои доклады о любимых книгах, а потом обсудить их. Доклад у меня готов, я написала его о книге Эриха Фромма «Бегство от свободы», осталось его только распечатать. И в связи с предстоящим выступлением у меня, как обычно, дикая неуверенность и страх, что мой доклад разнесут в пух и прах.

К тому же, вспоминая прошлые разы, когда со мной были дети, я помнила, как я не могла включиться в процесс обсуждения, а все время думала о детях: как они? Не скучно ли им? Не натворили ли они чего-нибудь?

Обычно они не любят сидеть в кабинете, в котором мы занимаемся, а предпочитают сидеть в коридоре, где облюбовали себе стоящую там тумбочку, приспособив ее и как стол, и как стул.

А когда надоедает сидеть, они начинают носиться по коридору, забегая в туалет и закрываясь в нем друг от друга.