О Дхане и Земле. Все книги трилогии

Резко падает полог ночи, над нами зажигаются звёзды. Мы лежим на белоснежных шкурах горного барса и не спеша ведём разговор.

– Итак, юноша, откуда и куда ты держишь путь?

Я постарался вспомнить своего отца, как бы он ответил на такой незатейливый вопрос. Перед глазами предстала картина детства: отец обхватил руками большое дерево и говорит: «Какое же оно круглое, а у нас ? все деревья квадратные!..»

– У кольца нет конца. Но путь моего отца всегда был с четырьмя углами, да и мой, похоже, весьма угловат.

– Забавно, забавно, юноша. А откуда родом твой уважаемый отец и как твоё отчество?

– Отец никогда не говорил мне, откуда он родом. Ему пришлось покинуть меня, когда мне было всего семь лет. Его имя я назвать не могу. В качестве отчества я взял имя любимого отцовского пса Рекса.

– Тогда я буду называть тебя Ибн-Кальб, что значит Сын Собаки, а меня можешь называть ? Шадмане ? это моё имя для домашних. Значит, отца твоего звали Ра. Любопытно, любопытно…

– Уважаемый Шадмане читает в моих мыслях.

– Немного, но не беспокойся, это знание останется со мной. Да, кстати, а что передал тебе твой уважаемый отец, какую мудрость?

– В основном он передавал мне учение «о четырёх истинах», которое исповедует их племя.

– Как-нибудь, если на то будет воля Аллаха, ты меня просветишь в учении об этих «четырёх истинах». А о пяти драгоценностях тебе отец ничего не рассказывал?

– Увы, нет.

– А не упоминал ли отец при тебе каких-либо имён?..

– Нет, никаких имён отец при мне не упоминал, кроме имени своей любимой жены Съегле.

– Интересное имя. А на каком языке разговаривают в землях твоего отца? Можешь ли сказать мне что-либо на этом языке?

Я попытался вспомнить что-либо цельное из того, что произносил отец… Утро, капли росы на ветвях, мы с отцом в весеннем лесу наблюдаем восход солнца. Вот над полем выплывает розовый край, и отец начинает петь свой гимн Солнцу. Я вспомнил даже мотив…

– Да-а??? Я знаю около сотни языков, но здесь не понял ни одного слова.

– Это был гимн Солнцу, который отец пел каждый раз на восходе.

– Твой отец огнепоклонник?

– Да, он признавал огонь священным и поклонялся Солнцу, которое называл Хан.

– Хоть одно знакомое слово. Что я тебе скажу. Возможно, племя твоего отца ? это та недостающая пятая ветвь, отколовшаяся ещё до рождения Пророка, а скорее ещё ранее ? до рождения великого Иссы.